— Я скучаю по запаху авиационного топлива и кофе в терминале.

— Продолжай себя в этом убеждать, — сказала Бекс, запирая пикап и беря меня под руку. — Девочки будут по тебе скучать.

Сжатие в груди вернулось, когда она распахнула дверь и меня окутал знакомый, успокаивающий запах ацетона и лака.

Но на этот раз Бекс ничего не заметила.

— Пойдем. Я хочу, чтобы мои пальцы на ногах были красивыми, когда на меня будут смотреть миллион врачей и медсестер, пока я рожаю ребенка.

Был уже поздний день, когда мы с Бекс вернулись на ранчо. Маникюр плавно перетек в обед, а потом еще и в заезд в магазин за детскими вещами, которые Бекс не могла вспомнить, покупала она их или нет.

Я попрощалась, неуверенно пообещала выбраться куда-нибудь на следующих выходных, если у нее к тому времени не начнутся роды, и пошла по длинной грунтовой тропинке от дома Бекс и Нейта к дому Кристиана.

Свет горел, но в доме было странно тихо.

Наверное, уехали кататься или что-то вроде того.

Я взбежала по ступенькам, задержалась наверху, сняла туфли и пошевелила свежепокрашенными пальцами на потертой доске крыльца. Потом прислонилась к столбу.

Устала. Чертовски устала. Не от сегодняшнего дня, хотя я давно ни с кем не выбиралась и немного отвыкла.

Я просто устала. Точка.

В голове у меня всегда было шумно и суетно. Если честно, тишина ранчо мне нравилась. Я понимала, почему Бекс чувствует себя здесь в безопасности после полутора лет в зоне боевых действий вместе с Нейтом.

Наверное, это хороший перерыв после постоянных перелетов по всему миру ради освещения глобальных конфликтов.

Вместо того чтобы сразу зайти внутрь, я свернула к качелям на крыльце. Ветерок был легкий, я раскачивалась, отталкиваясь одной ногой. Спинка качелей упиралась мне в шею, я откинула голову назад и тяжело выдохнула.

Может, у Бекс найдется книга, которую можно одолжить. А у Кристиана в доме есть вино?

Мне хотелось сидеть здесь, пока небо не станет сахарно-розовым, потягивать что-нибудь насыщенное и читать что-нибудь неприличное.

Пес появился словно из ниоткуда, взлетел на крыльцо и плюхнулся под качелями.

— Ты уже вернулась? — Кристиан напугал меня, выйдя через парадную дверь.

Я резко выпрямилась.

— Я думала, ты с девочками.

На его плече висело кухонное полотенце. Он снял его и вытер руки.

— Они у моей мамы на ночь. Раз в месяц она забирает их с ночевкой, чтобы у меня был вечер для себя.

— А, — я посмотрела в сторону дома Клэр и Сайласа. — Тогда я исчезну, чтобы не мешать тебе.

— Я бы предпочел, чтобы ты этого не делала.

И с этими словами он оставил входную дверь распахнутой и исчез внутри.

Когда я наконец слезла с качелей, он стоял у раковины и оттирал пластиковые контейнеры.

— Вот это ты отрываешься в выходной.

Кристиан усмехнулся, ополаскивая последний контейнер и вытаскивая пробку из слива.

— Я тянул с разбором холодильника сколько мог. Там уже кое-что начинало шевелиться. — Он посмотрел на мои босые ноги. — Хорошо провела время с Бекс?

— На удивление, да.

Он сполоснул раковину и вытер руки.

— Почему на удивление?

Я пошла за ним в гостиную и свернулась на одном конце дивана, пока он сел на другом.

— Мы были профессиональными знакомыми, не друзьями. Я никогда не проводила с ней время вне работы или мероприятий.

Кристиан закинул руку на спинку дивана, кончиками пальцев перебирая мои волосы, но расстояние между нами не сократил.

— У меня есть ощущение, что у тебя много таких профессиональных знакомых, но не друзей.

— Можешь засунуть этот осуждающий тон себе в…

Он рассмеялся.

— Я тебя не осуждаю, Касс. Просто наблюдение. К тому же мне не о чем говорить. У меня самого никакой светской жизни.

Его пальцы коснулись кожи головы, и я растаяла. Может, если я подвинусь чуть ближе, он начнет массировать. Я замаскировала эти шесть сантиметров тем, что поправила подушку за спиной.

— И что ты делаешь, когда без детей? — спросила я, когда он запустил пальцы в мои волосы и начал царапать вверх-вниз. Господи, это было лучше оргазма.

Кристиан продолжал чесать мне голову.

— Навожу порядок по дому. Иногда заезжает Нейт или Си-Джей, пьем пиво.

— Звучит ужасно, — сказала я, сильнее прижимаясь головой к его ладони, пока веки сами собой не сомкнулись. — Тебе надо научиться выходить в люди.

Кристиан не ответил сразу.

Я откинула голову назад.

— Скажи, что ты правда делаешь.

— Я уже сказал.

— Я верю. Но сомневаюсь, что ты только моешь посуду и пьешь пиво.

Его рука соскользнула с головы, сжимая шею и разминая зажатые мышцы.

Я пододвинулась еще ближе.

— Иногда я уезжаю из города на ночь.

Я усмехнулась.

— Вот это я верю. — Я снова посмотрела на него. — Куда ты ездишь?