— Прости. Мне срочно в туалет. И не беременей. Это кошмар.

— Но… — голос сорвался, когда Бекс почти бегом скрылась внутри.

Трипп посмотрел на часы. Я не понимала, с чего он так дергается. Его рейс только завтра.

Горячее дыхание обдало кожу.

Второй мистер Гриффит уже дышит мне в затылок? Нет, так дело не пойдет.

Я обернулась, собираясь велеть ему держаться подальше, когда мохнатые губы коснулись моего плеча. Я взвизгнула, едва не выпрыгнув из собственной кожи.

Вспышка белого мелькнула перед глазами, и ковбой — сын Сайласа — ухмыльнулся.

— Она не кусается.

А он?

— Эта лошадь размером с фуру. Я больше переживала, что меня затопчут.

Оскорбленное животное с силой топнуло копытом.

Я оглянулась и увидела, как Трипп бессмысленно кружит вокруг машины, выискивая хотя бы одну полоску связи.

Ни терпения, ни желания разбираться с ним сейчас у меня не было.

— Кассандра Паркер, — сказала я, наконец представляясь, чтобы перестать торчать здесь без дела.

Он руки не протянул. Вместо этого еще мгновение держал широкие руки скрещенными, а потом, подражая отцу, приподнял ковбойскую шляпу за тулью.

— Кристиан Гриффит.

Его взгляд скользнул куда-то мне за спину, и я обернулась вслед за ним.

Трипп ушел подальше, гоняясь за ускользающей связью с внешним миром и раз за разом пытаясь говорить с тем, кто был на другом конце. Его бесконечное «Алло? Алло? Вы меня слышите?» начинало бесить.

— Твоего игрушечного мальчика не пора посадить на поводок? — спросил Кристиан.

Иногда мне казалось, что ему бы не помешал намордник.

— Он справится.

Трипп, не глядя по сторонам, врезался прямо в зад пикапа, со всего размаха ударившись коленом о фаркоп.

— Твою мать!

Он согнулся, схватившись за ногу, и тут же уставился в экран телефона, проверяя, услышал ли собеседник. Потом он попятился назад, и каблук его лофера издал жуткий чавкающий звук.

Трипп замер. Медленно опустил взгляд на то, во что только что наступил.

Кристиан подошел и встал рядом со мной, плечом к плечу. Под бородой у него играла довольная ухмылка.

— Почему тут грязь? — фыркнул Трипп, вытаскивая ногу из кучи с отвратительным чмоканьем.

Кристиан усмехнулся.

— Не хочу тебя расстраивать, но это не грязь.

Запах ударил сразу, и, судя по лицу Триппа, он это тоже понял.

— Дерьмо, — с отвращением сказал он.

— Вот теперь верно, дружище, — самым примирительным тоном ответил Кристиан.

Трипп шагнул в сторону, пытаясь вытереть основную массу навоза о траву, но поскользнулся.

Я в ужасе зажала рот руками, когда он развернулся, пытаясь снова не напороться на фаркоп, и рухнул обратно в кучу.

— Вот ведь как, — задумчиво произнес Кристиан с каменным лицом. — Живешь в полном соответствии со своим именем.

Не сказав больше ни слова о Триппе, он развернулся и легко вскочил в седло.

— Домик вон там.

3

Кристиан

Либби была недовольна, пока я ехал мимо дома к группе домиков, которые пустовали почти десяток лет.

Я ее понимал. Меня это тоже бесило.

Я опустил подбородок, глянул через плечо. За мной ехала Кассандра на арендованной машине, а рядом с ней плелся Трипп — все еще орал в телефон, будто сотовая вышка могла материализоваться из воздуха, — весь в дерьме.

Я не винил Кассандру за то, что она не хотела застрять в машине с человеческой лепешкой от коровы. Но Трипп явно из тех, кто может оплатить дополнительный сбор за угробленную аренду. Это все равно лучше, чем тащиться пешком до домиков. Он был красный, как помидор, и буквально кипел от злости.

Трипп.

Что это вообще за чертово имя? Оно хоть от чего-то сокращение?

Триппингтон?

Триппворт?

Споткнулся о собственное эго?

Либби недовольно фыркнула, когда я спрыгнул с нее. Я привязал ее к столбу перед домиками яслевым узлом — на те несколько минут, пока я покажу Кассандре, что внутри.

Потом можно будет вернуться к бесконечному списку дел, который с каждым днем только разрастался.

Закончив здесь, я разберусь с Либби и снова сяду за этот чертов стол еще на час, прежде чем ехать в дом и следить, как девочки делают уроки.

Потом — душ для всех и отбой, а завтра все по новой.

Слава богу за продленку, кружки и мою маму в роли такси.

Часов в сутках катастрофически не хватало.

Кассандра подъехала к домикам и выпрыгнула из машины. Недовольство от нее буквально исходило волнами.

До того как мы построили новый барак сразу после рождения Грейси, рабочие жили в этих домиках.

Это было…

Черт. Грейси уже одиннадцать.

Как так вышло, что новому бараку почти десять лет?

— Дом, милый дом, — сказал я, разворачиваясь к Кассандре.

За большими солнцезащитными очками я не мог прочитать, что у нее в голове, но лицо оставалось непроницаемым.