Я переместился за ее спину. Неторопливо закрепил цепочку узлов вдоль позвоночника. Концы веревок обвили бедра, заставив ее развести ноги, удерживая их натяжением между связанными руками.

Я коснулся ее пальцев, сжал их, проверяя цвет и тепло.

— Пошевели пальцами.

Она подчинилась, скользнув ими по моей ладони.

— Вот так, умница.

Я любовался своей работой, слушая ее дыхание. Она выглядела как богиня. Как произведение искусства.

— Ты потрясающая.

Я зацепился руками за витки веревки на ее ребрах и подтянулся на колени. Прижал грудь к ее спине. Член уперся ей в ягодицы.

— Как ощущения? — спросил я, убирая ее кудри в сторону и целуя в шею. Я посмотрел через ее плечо на грудь и провел большим пальцем по соску.

Брук ахнула.

— Это… это…

— Что именно?

— Безопасно, — прошептала она. — Тепло. Будто ты держишь меня, даже когда не держишь.

Она тихо застонала, когда я провел пальцами между ее ног.

— Я как статуя. Не могу двигаться, но хочу, чтобы ты смотрел.

Я сжал ее грудь.

— Ты завораживающая. Прогнись для меня.

У нее было немного пространства, и она толкнулась ко мне ягодицами, но большего позволить не могла.

С каждым скольжением веревок она тихо стонала. Они были гладкие, предназначенные для бондажа, но прикосновение волокон к коже давало новые ощущения.

Я использовал измененную схему «стрекоза», чтобы удерживать ее устойчиво. Левой рукой я подхватил узлы вдоль ее спины и обхватил их пальцами.

Брук всхлипнула, когда натяжение потянуло ее грудь вперед.

Я коснулся ее клитора. Она дернулась, натянув веревки.

— Все хорошо?

— Мне нужно кончить, — прошептала она.

— Знаю, — ответил я со смешком, массируя ее. — Эта киска умоляет меня, правда? Я не продержусь долго, когда войду в тебя. Поэтому я не спешу. А ты будешь наслаждаться.

Она прикусила нижнюю губу.

— Пожалуйста… быстрее…

— Кончи для меня, малышка. Не нужно ждать. Это только начало.

— Но я…

Она не успела договорить. Ее тело содрогнулось у меня в ладони. Грудь тяжело вздымалась под веревками, пока она переводила дыхание.

Я обхватил ее грудь, прижал ее спину к своей груди, дразня соски, пока они не стали твердыми и чувствительными.

— Ненасытная, — прошептал я ей в шею. — Такая отчаянная, что готова позволить завязать глаза, связать себя и взять.

Ее ноги снова задрожали, когда я продолжал играть с ее сосками.

— Ты бы выглядела особенно красиво с зажимами на груди и игрушкой внутри.

Она ахнула и откинула голову мне на плечо.

— Пожалуйста, — сорвалось с ее губ.

— Порочная девочка.

— Только для тебя, — выдохнула она.

— Именно так.

Я снова провел рукой между ее ног.

— Только я.

У меня дрожали бедра. Я отпустил ее и развернулся, сел спиной к ней, пока ноги не подвели и я не опустился на кровать.

— Рэй? — в ее голосе прозвучала тревога.

— Я здесь. Прямо за твоей спиной. Просто нужно немного посидеть.

— Хорошо, — прошептала она с облегчением.

— Я никуда не ухожу, — пообещал я, ложась на спину. — Со мной ты в безопасности.

Я вытянул руки назад и взялся за ее бедра.

— Сядь мне на лицо, малышка. Хочу узнать, какая ты на вкус, прежде чем войду в тебя.

Повторять не пришлось. Брук осторожно подалась назад, насколько позволяли веревки, пока не устроилась надо мной.

Я провел языком по ее влажной коже и тихо выругался.

— Блядь…

Снова накрыл ее, лаская клитор.

— От твоего вкуса я сам могу кончить.

Я сжал себя рукой.

— Слышишь этот звук? Это я ласкаю себя, думая о тебе.

Я не отрывался, пока она не стала буквально таять у меня во рту.

— Ничего не могу с собой поделать.

Брук застонала.

— Боже… мне нужно еще…

Она двигалась, словно всадница на быке, прижимаясь ко мне.

— Вот так, красавица. Возьми свое на моем лице. Я хочу, чтобы ты вся была на мне.

Я ввел в нее два пальца, лаская изнутри, и снова накрыл клитор губами.

— Да… я чувствую, как ты приближаешься. Какая ты тугая. Не могу дождаться, когда войду в тебя.

Брук вскрикнула, дернувшись в узах. Ее бедра сжались вокруг моей головы.

— Еще раз. И тогда получишь мой член.

— Рэй…

Ее ноги дрожали.

Я нащупал чувствительную точку и осторожно провел по ней. Ее мышцы сжались вокруг моих пальцев.

Она наклонилась вперед, когда волна накрыла ее. Я перекатился на живот и, поднявшись на руках, медленно провел языком от ее влажной кожи выше. Она тихо вскрикнула и зарылась лицом в подушку, когда я коснулся чувствительного места между ее ягодицами.

Она повернула голову и глубоко вдохнула.

— Твой вкус сводит меня с ума, — пробормотал я, хватаясь за веревки у ее ребер и поднимаясь на колени. — Ты должна мне еще один раз, малышка.