— Нет, я просто давала Кингу инструкции по уходу на дому, — говорит Вайолетт, откашлявшись, пока мама подходит обнять ее.

— Спасибо, что так хорошо присмотрела за ним, дорогая.

Вайолетт улыбается — натянуто.

— Не за что. С ним все будет в порядке, если он будет соблюдать предписания врача. — Ее глаза снова встречаются с моими. — Я принесу еще кое-какие расходники, чтобы вы взяли с собой, — говорит она мне и уходит.

Мать упирает руки в бока, и я понимаю: сейчас начнется.

— Что, мам? — спрашиваю я.

— Я же говорила тебе, что нужно во всем с ней разобраться, Ро, но не посреди же рабочего дня.

Справедливо.

— Послушай, я же вижу, как ты на нее смотришь. Если столько времени испытываешь к девушке подобные чувства, за них стоит побороться. Но тебе повезло, что я вошла именно сейчас. Не торопись, расскажи ей о своих чувствах, но не когда она на работе.

Я тяжело вздыхаю; она права.

— Просто ума не приложу, как заставить ее снова мне доверять. Она уже собралась было испариться, и я запаниковал.

— На это нужно время, но, к счастью для вас обоих, его предостаточно. А теперь скажи ей спасибо и подожди, пока у бедняжки закончится смена, прежде чем начнешь ее обхаживать. — Она подходит ко мне и с улыбкой хлопает ладонью по щеке. — И давай пошевеливайся, отец припарковался вторым рядом, — добавляет она как раз в тот момент, когда Вайолетт возвращается в палату.

— Знаете, я, пожалуй, быстро поблагодарю врача перед уходом, видела ее на посту. — Мама подмигивает и выходит из комнаты.

Вайолетт начинает упаковывать запас марли и мазь, затем достает из кармана рецепт, оставленный врачом, и протягивает его мне. Она пожимает плечами, и между нами воцаряется адская неловкость.

— Мне пора, смена закончилась десять минут назад, нужно собрать Холли. Трой будет у меня через час, — говорит она взволнованно, наполовину самой себе.

— Ви. Я знаю, что тебе пора, но хочу сказать вот что. — Я протягиваю руку и беру ее за запястье, осторожно поворачивая к себе. — Ты можешь бояться того, что было между нами, и того, что до сих пор есть…

Она выглядит такой чертовски красивой и беззащитной, что я всеми фибрами души борюсь с желанием выложить ей все здесь и сейчас. Мало того что мама права, мне еще нужно время подумать, как убедить Ви дать мне шанс, не рассказывая о ее брате вещей, которые ей будет слишком тяжело слышать. Все, что у нее осталось, — это воспоминания о Джейкобе.

— Знаю, я прошу о многом, но мяч на твоей стороне. — Я соскальзываю рукой вниз и зажимаю ее мизинец между своими пальцами, притягивая ее ближе. Не могу удержаться: прижимаюсь лбом к ее лбу и вдыхаю ее запах, всего на секунду.

— Я просто хочу, чтобы ты снова меня подпустила, Ви. Дай мне шанс объясниться, — шепчу я.

Ее дыхание теплое, от нее пахнет чем-то сахарным и сладким. Ощущение любой части ее тела рядом со мной ошеломляет и бьет прямо в пах. Хотел бы я совладать с собой, но это выше моих сил.

— Роуэн… — шепчет она, и, черт возьми, мое имя на ее губах, впервые за столько лет, посылает новые разряды к моему уже твердеющему члену.

Я отчаянно хочу ее поцеловать. Требуется сверхчеловеческая сила, чтобы этого не сделать. Подавляю этот порыв, потому что знаю: она должна сама прийти ко мне.

— Мне нужно идти, — говорит она дрожащим голосом; ее мизинец ускользает, и она отступает.

Я киваю.

Она больше ничего не говорит, разворачивается на каблуках и выходит из палаты, напоследок бросив взгляд через плечо. Как только остаюсь один, я сжимаю кулаки. Готов ударить по чему угодно. Всем существом я хочу броситься за ней. Хочу затащить ее обратно, прижать к стене и целовать до тех пор, пока мы оба не задохнемся, но я этого не делаю.

Я отпускаю ее, потому что должен был рассказать правду давным-давно. И пусть ее возвращение дает мне шанс, о котором я и мечтать не смел, это еще не значит, что я его заслуживаю.

Достаю телефон и открываю наш чат. Знаю, что часть сегодняшней ночи она проведет одна, пока Холли будет с Троем. Мяч на ее стороне, но это не значит, что я не могу облегчить ей путь ко мне.

Я печатаю только свой адрес, затем глубоко вздыхаю и отправляю сообщение.



Я даже не понимаю, как мне удалось вернуться домой, собрать сумку для Холли и подготовить ее. Адрес, который прислал Роуэн, немым укором смотрит на меня с экрана телефона.

Эвондейл-роуд. Всего в нескольких кварталах отсюда. Мы гуляем по его улице почти каждый день по дороге в парк. В голове набатом бьют его сегодняшние слова.

Он влюблялся в меня… и во что-то вляпался вместе с Джейкобом?

Я хочу ему верить. Больше всего на свете я хочу узнать, что же произошло, потому что тот период моей жизни всегда казался какой-то незаживающей раной. А еще я хочу последовать совету Тедди и поверить, что люди способны меняться. Хочу верить, что он не использовал меня с самого начала.