Впервые за долгое время в голове прояснилось, а адреналин спустя часы после матча все еще бурлил в крови. И этот переломный момент мне хотелось разделить с Оливией — и только с ней.

— Не, чувак, — я бросил пару купюр в банку для чаевых. — Я в хлам уставший. Домой хочу.

Паркер оглянулся через плечо, а затем подался вперед, смерив меня недоверчивым взглядом:

— Вы с Оливией в последнее время подозрительно сошлись. Не хочешь ничего рассказать?

— Нет, — выпалил я чересчур быстро. — Определенно нет.

Он со вздохом потер висок:

— Ладно, чем меньше я знаю, тем крепче сплю. Не хочу быть соучастником. — Паркер сделал приличный глоток пива и поджал губы: — Пообещай хотя бы, что ты осторожен?

— С каких это пор тебя вообще волнуют такие вещи? — усмехнулся я. Паркер был чуть ли не самым безбашенным парнем из всех, кого я знал.

— Речь про Оливию, чувак. Когда все неизбежно вскроется, будь готов к последствиям.

— Ничего между нами нет.

Технически я даже не соврал. Мы ведь не встречались. Я просто давал ей уроки… Вроде как. Хотя правильнее сказать, уроками там уже давно не пахло. Мы перешагнули этап еще кучу времени назад, но мне было проще клеить такие ярлыки, чем сидеть и ломать голову над тем, во что всё может вылиться.

Когда я вернулся к себе, Оливия уже ушла в свою комнату. Меня накрыло разочарование: хоть я и сгорал от желания отпраздновать победу вместе с ней — во всех невинных и не очень формах, что приходили в голову, — мешать ей не хотелось. Она сегодня тоже отпахала смену и наверняка валилась с ног.

Я едва успел обернуться полотенцем, выходя из ванной, как в дверь тихо постучали.

Не задумываясь, я дернул ручку.

И в горле моментально пересохло, стоило только мне ее увидеть.

— Привет, — бросила она со своей обычной непринужденностью.

Я не мог вымолвить ни слова, пока взгляд скользил по ее обнаженным ногам, поднимаясь всё выше, пока не уперся в огромную хоккейную джерси.

— Так, а вот сейчас самое время что-то сказать, пока я не пожалела, что вообще пришла и постучалась к тебе в таком…

— Сногсшибательно сексуальном виде, — перебил я ее, хлопая глазами в полном оцепенении. — Ты… ты в джерси с моей фамилией.

— Подумаешь.

— О-о-о. — Я издал сухой смешок. — Нет-нет. Это только что разблокировало во мне фантазии, о которых я даже не подозревал.

Ее взгляд соскользнул по дорожке волос у меня на животе ниже, к полотенцу:

— Я могу сказать то же самое.

— Малышка Ливви… — Я оперся о дверной косяк и скрестил руки на груди. — Ты что, флиртуешь со мной?

— Решила воспользоваться твоей методичкой, ловелас. — Она дерзко вскинула подбородок, принимая немой вызов, висевший между нами. — Какие-то проблемы?

Я шутливо поднял руки:

— Эй, мне только в кайф. — Я схватил ее за край свитера, втянул к себе в комнату и захлопнул дверь. — Настолько, что ты однозначно заслужила награду.

Оливия рассмеялась и прислонилась к двери, заложив руки за спину:

— Я пришла к тебе не за этим.

Я опустился перед ней на колени и снизу вверх посмотрел на нее с ленивой ухмылкой:

— Именно за этим, — хрипло возразил я. Мои ладони скользнули по ее икрам, выше по бедрам, пока не сжали ее ягодицы с той собственнической властностью, на которую я не имел никакого права. — И я вообще не против.

Прежде чем она успела выдать какую-нибудь дерзость в ответ, я закинул ее ноги себе на плечи. Оливия ахнула.

— Уэсли, ты что творишь? — выдохнула она сквозь смех.

Я сжал край ее джерси:

— Если я задеру его, малышка Ливви, обнаружу мокрую киску?

Она тяжело сглотнула. В ее глазах блеснули темные огоньки сомнения:

— Тебе не обязательно это делать. — Она коротко выдохнула. — Я знаю, что это пункт из списка, но еще я знаю, что далеко не всем парням такое нравится.

— Хочешь сказать, это не нравилось Джеку. — Я осторожно приподнял свитер, обнажая ее трусики и низ живота, и дважды цокнул языком. — Я не он, Оливия. — Мои губы касались ее тазовой косточки, и я запечатлел там поцелуй, не разрывая визуального контакта. — И с удовольствием тебе это докажу.

В ее глазах мелькнуло замешательство, но уже в следующую секунду я без особых усилий порвал на ней трусики и отбросил их куда-то в угол. Я въелся взглядом в ее прекрасные глаза, будто от этого зависела моя жизнь, прижался губами к клитору и нежно втянул его.

Она приоткрыла губы, а ее пальцы впились мне в спину.

— Черт, — пробормотал я ей в пах. — С тебя уже течет.

— Вид тебя на коленях действует на меня именно так.

Я тихо усмехнулся. Боже, ну что за девчонка. Что же она со мной делает?

— В следующий раз просто попроси. Я с удовольствием подчинюсь.

Оливия изумленно изогнула бровки:

— Вот так просто?