Эли отмахнулась от него, как от назойливой мухи:

— Напряжение между вами прямо в воздухе висело! Ее брат уже в курсе?

Я сделал неторопливый глоток теплого пива, чувствуя, как цитрусовая горчинка обжигает горло:

— Да не о чем ему знать.

— Вранье! — разом рявкнули эти двое.

Я потер лицо ладонью и устало откинулся на спинку стула. Зная эту парочку, они не отцепятся от меня, пока не вытянут всю правду до последнего слова.

— Все сложно, — выжал я из себя единственную подходящую фразу.

Эли оперлась о стойку и скрестила руки на груди:

— Уверена, что ничего подобного.

— Тебе просто пора вытащить голову из задницы и нормально с нами поговорить, — добавил Паркер.

Был ли Паркер лучшим кандидатом для откровений, учитывая, что он в жизни не заводил серьезных отношений? Вряд ли. Но выбор у меня, мягко говоря, невелик.

— Помните тот список из книги?

Паркер закатил глаза:

— Ну естественно.

Эли нахмурилась:

— Из какой еще книги?

— У нас тут теперь книжный клуб, и мы читаем хоккейный роман, где… — Паркер осекся на полуслове и медленно перевел взгляд на меня. — Да ну нет.

Я поджал губы.

— С Оливией?! — Паркер в шоке прижал ладонь ко лбу. — Боже правый. Ну ты и кретин, — пробормотал он, качая головой. — Все куда паршивее, чем я думал.

— Изначально это была чистая взаимопомощь. Помочь друг другу вычеркнуть пункты из списка.

— А потом вы переспали, и теперь все запуталось донельзя, да?

Я замешкался и нервно запустил пальцы в волосы:

— Ну, вообще-то мы не спали. И даже не целовались, если на то пошло.

— Черт, — тихо протянула Эли. — Я без понятия, что там за список, но… — Она въелась в меня пристальным взглядом. — Ты же от нее тащишься.

Ореховые глаза Паркера выжидательно уставились на меня.

— У меня был хреновый период, — признался я, избегая взглядов друзей. — А она оказалась рядом. Мы поддерживали друг друга, опирались друг на друга, а теперь… — Я в досаде сжал волосы на затылке. — Черт, да я сам уже ничего не понимаю!

Никакие слова не могли объяснить, кем стала для меня Оливия.

Она была ярким лучиком сквозь беспросветный туман. Мелодией моей любимой песни. Первым человеком, которому мне хотелось набрать, когда все валилось из рук, и главной причиной, почему я вообще поверил, что всё еще можно наладить. Рядом с ней даже тишина казалась правильной. Она давала мне сил бороться — за себя, за нас.

Я поднял глаза и увидел на лице Эли странное выражение, которому не мог подобрать названия. Что-то между сочувствием и абсолютной уверенностью — будто она уже знала развязку истории, в середине которой я так безнадежно застрял.

— Не «кажется», — произнесла она, и на этот раз в ее голосе не было и тени сомнения. — Ты влюбился в нее.

— Да, — слово отозвалось в горле сырой, ноющей болью.

Я бесповоротно, безнадежно и очень некстати влюблялся в Оливию Андерсон.

Глава 28

Глава 28

Оливия

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ

Я ВСЕГДА С ТОБОЙ ФЛИРТУЮ

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ

Я не сдержалась и прыснула, как только Уэсли вышел из своей комнаты.

— Боже мой! Во что это ты вырядился?!

Уэсли широким жестом развел руки, будто позировал на подиуме. На нем были ярко-оранжевые расклешенные брюки с низкой посадкой и белый кроп-топ с логотипом «Страйкерс», абсолютно не скрывающий рельефный пресс. Через плечо перекинуты белые роликовые коньки, а вокруг шеи повязан шарф с узором «пейсли».

— Не знаю, как ты, а я в этом прикиде просто неотразим. — Он демонстративно повернулся вокруг своей оси, давая мне оценить весь образ.

— Я… — Взгляд сам собой прилип к его кубикам. Черт, а ведь укороченный топ сидел на нем чертовски сексуально. — Кроп-топ просто нечто.

— А что с ним не так?

— Ничего, — еле выдавила я. — Вообще ничего. — Он выглядел несправедливо хорош даже в одежде полувековой давности, но тешить его эго я не собиралась.

Но когда рядом с ним выбежала Дейзи, меня окончательно накрыло смехом.

На ней был крошечный свитер цвета ржавчины с аккуратным отложным воротничком и миниатюрный шелковый платочек точно такой же расцветки и текстуры, как у Уэсли. Собака виляла хвостом, чувствуя себя хозяйкой положения — будто понимала, как невероятно выглядит, и была полностью готова к тусовке.

— Она сама выбирала, — на полном серьезе заявил Уэсли. — Захотела сделать со мной парный лук.

Я фыркнула:

— Ага, конечно.

— Душевно — точно сама. — Он присел на корточки, и Дейзи тут же взгромоздила лапы ему на колено. — Правда ведь, пирожок?

Собака с диким восторгом лизнула его прямо в нос, и от этой картины бедное сердце снова пропустило удар.

Уэсли перевел взгляд на меня, на мой наряд, и в его глазах вспыхнуло теплое, нежное чувство, которое он тут же попытался скрыть.

— Ого. Ты выглядишь…

— Нелепо, я в курсе, — вздохнула я. — Но Кеннеди была непреклонна: дресс-код обязателен.