— У тебя есть такая фишка: ты ходишь с видом человека, готового в любой момент вступить в драку. — Он потянулся за своим кофе. — Будто стоит тебе расслабиться хоть на пару секунд, и вся твоя жизнь разлетится к чертям.

Мне ни капли не понравились его догадки.

Возможно, потому что он и так увидел слишком много, а ничего ненавистнее ситуации, когда меня читают как открытую книгу, для меня не существовало.

Я села на стул и закинула ногу на ногу:

— Всё потому, что именно такой настрой я держу рядом с тобой. — Я скрестила руки на груди. — Считай это реакцией чисто на тебя.

Он улыбнулся в свою чашку кофе, будто мой ответ оказался именно тем, чего он и ждал.

Я взяла свою чашку и не посмела вымолвить больше ни слова.

Дейзи окончательно бросила все попытки изображать верность и теперь уложила подбородок ему на колено, глядя на него с тем преданным обожанием, которое обычно предназначалось мне и только мне. Он рассеянно поглаживал ее по голове, словно делал это всегда.

— Ты ей правда нравишься, — заметила я.

— Животные отлично разбираются в людях.

— Тогда мне, похоже, пора вести ее к ветеринару, потому что в тебе она ошибается как никогда.

Он громко расхохотался:

— Господи, ну и штучка же ты, Ливви, — пробормотал он.

— Спасибо, — поддела я его, хотя знала, что он сказал с подколом.

— Это не комплимент.

— Знаю. — Я сладко улыбнулась и похлопала ресницами. — Но я всё равно предпочту считать это комплиментом.

Он качнул головой, а уголок его рта пополз вверх:

— И как у тебя это получается?

— Что именно?

— Выворачивать всё наизнанку.

Я пожала плечом:

— Навык выживания.

Он разглядывал меня столько, чтобы мне захотелось отвести взгляд, а затем потянулся за последним кусочком тоста на своей тарелке:

— Ты будешь той еще проблемой, ты в курсе?

— Смешно, что ты это сказал, — напевно пробормотала я. — Потому что я думала о тебе то же самое.

Он пристально смотрел на меня несколько мгновений. А потом рассмеялся — искренне, непринужденно, совсем не так, как этим утром. Уголки его глаз собрались в лучики, и то, как это изменило все его лицо, застало меня врасплох. То, каким красивым он стал.

Я отложила эту мысль подальше, не собираясь придавать ей особого значения.

Двадцать минут спустя мы возвращались к дому. Дейзи бежала между нами, а за нашими спинами в утреннем свете искрилось озеро.

У лифта он придержал двери.

— Мне пора на тренировку. Завтра в это же время? — спросил он с таким видом, будто всё уже решено.

— Ни за что на свете, — ответила я. — Я лучше умру с голоду.

Последнее, что я увидела перед тем, как двери сдвинулись, — ухмылку, затаившуюся в уголке его рта.

Я уставилась на свое отражение в полированном металле и сделала для себя очень важную пометку: Уэсли Хейз — проблема. Бесяче обаятельная проблема ростом под два метра с зелеными глазами.

Глава 4

Глава 4

Уэсли

ㅤㅤㅤㅤ

ВЫ УЖЕ ЗАКОНЧИЛИ МЕРИТЬСЯ ПИСЬКАМИ?

ㅤㅤㅤㅤ

Когда свисток прорезал тишину арены, я сделал глубокий, успокаивающий вдох, чтобы не сболтнуть лишнего — того, о чем потом наверняка пожалею.

— Атака три в два, — сказал тренер Слоун, кивнув мне.

Я оттолкнулся от борта и выкатился на левый край. Один из самых зеленых новичков покатил рядом со мной с таким видом, будто боялся лишний раз вздохнуть.

Фан-блядь-тастично.

Всего три дня назад я отрабатывал это упражнение с Андерсоном и Донованом в первом звене. В том самом, где я играл с момента своего обмена.

И вот я здесь — пытаюсь сыграться с Кендаллом, который, надо признать, для своего второго года выглядел укомплектованнее, и новичком, выглядевшим так, словно увидел привидение.

Я постучал клюшкой по льду:

— Так, — пробормотал я. — Прешь напролом и следи за тем, чтобы утянуть защитника за собой.

Кендалл кивнул:

— Понял.

Я перевел взгляд на новичка:

— Держись широкой линии до синей. Не бойся отходить в защиту. Морган не станет делать тебе скидок только потому, что ты новичок. Скорее наоборот — прессовать будет еще сильнее.

Тот тяжело сглотнул и быстро кивнул.

Когда тренер выбросил шайбу на лед, Кендалл тут же её подхватил.

Я держался левее, набирая скорость, пока коньки впивались в лед. Кендалл прошёл нейтральную зону, а я пересек красную линию и затребовал пас.

Едва шайба покатилась ко мне, я чисто принял ее на крюк и пересек синюю линию, слегка смещаясь к пятачку, чтобы увлечь за собой Паркера, после чего отдал передачу на новичка.

Морган повис на парне мертвой хваткой, давя на него настолько сильно, что тот замялся на какую-то долю секунды. Бросок ушел мимо и со свистом врезался в борт.

Тренерский свисток взвизгнул:

— Пересбор!

Новичок покатил обратно к линии, тяжело дыша.

— Тебе надо расслабиться, — сказал я. — Не накручивай себя. Ты здесь не просто так, понял?