— Спасибо, что доверяла мне, Ада.

— Все в фирме доверяли. Сама мысль о том, что ты мог присвоить деньги абсурдна.

Раздался тихий стук его пальцев о стол.

— Признаю, это стало неожиданностью.

Он проработал в этой компании семь лет. Я видела, как сотрудники прятались по углам, вычисляя время его прихода, только чтобы потом хвастаться, будто поздоровались с тем самым боссом, который в одиночку привел «Hathaway» в двадцать первый век. И он думал, что всем все равно? Грусть и злость вихрем сменяли друг друга внутри меня.

— Приятно, когда тебе верят, — тихо произнесла я. — Когда ты этого заслуживаешь.

— Насчет этого… Прости, Ада. Я много думал о том, что произошло в ночь после прощальной вечеринки Гарри. Я был неправ.

— Был, — согласилась я, обхватив себя руками еще сильнее, словно пытаясь заглушить поднимающуюся внутри бурю эмоций. Так не пойдет. Черт возьми, я уезжаю через два дня.

— И должен признать, ты отлично справлялась в «Hathaway» , какими бы ни были твои изначальные мотивы.

Мое сердце забилось болезненным, рваным ритмом. Черт бы его побрал за то, что заговорил об этом именно сейчас. Я приняла решение не подпускать его к себе. Было слишком больно, когда он снова отстранялся, уходя в себя. Я бы не вынесла этого во второй раз.

— Да и ты оказался вполне сносным боссом, несмотря на мои первоначальные опасения.

Его губы чуть дрогнули в подобии улыбки.

— Завтра твой последний день. Коллеги устраивают прощальный вечер?

— Нет, — ответила я. — Я не захотела.

— Есть планы с друзьями? — он снова опустился взглядом на стол, и в голосе проскользнуло пренебрежение.

— Нет. И те люди, с которыми ты меня видел, на самом деле мне не друзья.

— Разве они не отличные ребята?

— Не особо. Это те, с кем я когда-то общалась. Решила дать нам еще один шанс, по старой памяти, но… — я пожала плечами.

Взгляд Гранта поймал мой, лицо оставалось бесстрастным, но глаза горели.

— Рад это слышать. Ты заслуживаешь большего.

Во рту пересохло. Зачем он говорит такое? Ведь это он отправился на свидание спустя меньше чем неделю после нашей ссоры.

— Могу сказать то же самое о тебе, — холодно бросила я. — Женщина, с которой ты был, выглядела как с обложки журнала, Грант.

Я выплюнула это как оскорбление, со злорадной усмешкой, вернувшись на секунду к той дерзкой девчонке, какой притворялась в подростковые годы. И лишь потом меня осенило: возможно, именно такая женщина Гранту и нужна. Безупречная, чопорная идеальность, сплошные ровные края и аккуратные швы.

Он невесело усмехнулся.

— Это было интервью с репортером. Не свидание.

Я прикусила губу. Его взгляд впился в мой, словно он вызывал меня на спор. Это имело смысл – пусть даже место для проведения подобной встречи было выбрано странное.

— Это ничего не меняет, — прошептала я. — Я никогда тобой не пользовалась. Ты можешь в это поверить? Не просто допустить, а по-настоящему поверить, Грант?

Он резко поднялся и шагнул к окну. Руки в карманах брюк были сжаты так крепко, что костяшки, должно быть, побелели. Долгое время я думала, что он вообще ничего не ответит.

— Я не создан для отношений, Ада. Не могу.

В желудке завязался тяжелый узел.

— Ты хочешь сказать, что даже не хочешь попытаться построить что-то настоящее?

Грант покачал головой.

— Это не капитуляция, когда шансов изначально нет. Нам обоим не стоило ввязываться в это. Брось, ты ведь тоже знала это с самого начала.

— Знала, — ответила я. — Пожалуй, в какой-то момент я просто решила, что ты того стоишь.

Я заметила, как от этих слов чуть напряглись его плечи. Во мне поднялась ярость. Он обвинял меня в фальши, ходил на свидания с другими, а теперь имел наглость заявлять, что мы были обречены с самого начала. Словно только это служило причиной, по которой все должно было закончиться.

— Но все это лишь дешевые отговорки. Мне кажется, ты просто боишься. И знаешь почему? Потому что я тоже. То, что я чувствую к тебе, приводит меня в ужас. Это пугает меня, Грант. И тем не менее я попыталась, я говорю об этом сейчас, потому что хочу быть с тобой честной. А у тебя хватает наглости захлопнуть передо мной дверь?

Грант покачал головой.

— Нет, Ада, все не так просто.

— Конечно просто. Все сложно только тогда, когда ты сам все усложняешь. — я подавила слезы, подступавшие к горлу. — Либо так, либо я тебе вообще безразлична. Я переживу и то, и другое. Но не смей мне лгать.

— У нас нет будущего.

Я кивнула и снова опустила взгляд на бумаги на его столе. На них смотреть было куда проще, чем ему в глаза.

— Ты можешь подписать документы, пожалуйста? Завтра я отвезу их в офис.

Он наклонился и расписался на каждой странице размашистыми, резкими росчерками черных чернил. В его движениях проступала угловатость, которой я раньше не замечала – ни следа обычной грации и самообладания.