Дэвид воздвиг барьер, я видел, как его руки двигаются в непонятных мне направлениях, золотистый свет разливался между нами и Отбросами. Но даже мне было ясно, что она не выдержит. Прутья разъедали ее, как кислота бумагу.

Подросток со светлыми следами попытался убежать. Перед ним появился отброшенный предмет. Я двинулся, не раздумывая. Белый Клинок был у меня в руке, когда я успел выхватить его?, и я бежал, только двигался слишком быстро, ноги несли меня быстрее, чем следовало. Сброшенный поднял свой посох в сторону парня.

Я ударил его сбоку.

Крыло некрофима впилось ему в руку, но крови не было. Рана затрещала, как будто я рассекал телевизионные помехи, реальность разлетелась на осколки вокруг лезвия.

Сброшенный взвизгнул, сразу несколькими голосами на таких частотах, что у меня заныли зубы, и отшатнулся. Его маска замерцала, и на секунду я увидел под ней лицо.

Человек. Молодой. Напуганный.

Затем маска затвердела и снова бросилась на меня.

Я парировал удар. Едва. Эти существа двигались неправильно, слишком быстро, слишком плавно. Как будто их тела не совсем подчинялись законам физики. Вокруг меня рассыпались символы опасности. У большинства из них не было оружия, они все еще изучали основы управления, все еще выясняли, как прокладывать легкие дорожки и перемещать воду. Никто не учил их, что сталь и серебро против подобных вещей лучше, чем магия, или что в Колоде есть лезвия, потому что только они могут пробиться сквозь магические чары.

Бриджит достала свой топор, тот самый, с серебряными отметинами, который светился в темноте. Я уже дважды видел это раньше, когда она сражалась с теневыми псами в переулке, и еще раз, когда отбивалась от нападавших в Брайант-парке. Только теперь она использовала это как следует, двигаясь так, словно делала это тысячу раз до этого.

Что, вероятно, так и было.

— Дэвид! — крикнула она. — Вооружи их!

Дэвид уже отбивал очередной бросок, его рапира двигалась быстрее, чем я мог уследить. Но еще два броска приближались к Жасмин и остальным, и я мог видеть, что они делают. Они пришли сюда не ради тренированных бойцов.

Они пришли сюда, чтобы убивать тех, кто не мог дать отпор.

— Райдер! — голос Бриджит прорвался сквозь шум. — Посмотри сквозь морок!

Верно. Булавка Сионнаха.

Я сосредоточился на холодной тяжести у себя на груди. Мир изменился, стал четче, и внезапно я увидел, что Отбросы окутаны гламуром, не только их маски, но и вся их магия, словно вторая кожа. Вот почему они были такими быстрыми. Их усиливала древняя магия.

Сброшенный передо мной атаковал, но на этот раз я увидел поток магии до того, как он начал двигаться. Белый Клинок нанес удар, и Сброшенный упал, его маска растворилась в дыму. Лицо под ней выглядело едва ли старше того парня с Дикой Карты, которого он пытался убить.

Но их оставалось еще четверо, и я был не в том положении, чтобы помочь…

И тут появилась она.

Девятка появилась из ниоткуда, уже размахивая двумя кинжалами. Первый Сброшенный даже не отреагировал. Ее клинок нашел его горло, и он рухнул без звука.

Второй повернулся, поднимая свой посох. Девятка пригнулась, перекатилась и оказалась под его защитой. Оба кинжала ударили одновременно. Он рухнул.

— Парковка была сущим адом, — сказала она, даже не запыхавшись.

Остальные Сброшенные замерли. Переоценивая свои силы. Они ожидали, что у них будут неподготовленные подстановочные знаки. Вместо этого они получили трех опытных бойцов и, черт возьми, меня.

Топор Бриджит сверкнул, когда она замахнулась, серебряные руны оставили следы в воздухе. Один из нападавших попытался заблокировать удар своим древком, топор прошел насквозь, и магическая отдача отбросила беднягу назад, на дерево.

Рапира Дэвида защищалась от последнего броска, но это было умно. Она не пыталась выиграть. Она пыталась убежать.

— Не позволяй ему… — начал я, но мог бы и не говорить. Кинжал Девятки пролетел через поляну и вонзился в плечо Сброшенному. Тень, в которую тот пытался слиться, рассеялась, и Сброшенный, схватившись за рану, пошатнулся.

Девятка в несколько шагов преодолела разделявшее их расстояние, схватила Сброшенного за костюм и притянул к себе.

— Кто тебя послал? — крикнула она. — Где твой хозяин? Как ты его нашёл?

Под «им» явно имелся в виду я, но в ответ на эти вопросы Сброшенный рассмеялся. Его маска замерцала, и под ней показалось женское лицо: молодое, с остекленевшими, но осмысленными глазами.

— Смерть нечисти, использующей смешанную магию, — прошипела она, глядя на Девятку. — Мы следовали за картой.

— За какой картой? — Я подошёл ближе.

Женщина забилась в конвульсиях. На её губах выступила пена. Она обмякла в руках Девятки.

Кнопка самоуничтожения. Замечательно. Или это была какая-то защита от самого Джокера?

Когда маска полностью исчезла, она выглядела лет на двадцать один. Чья-то дочь. Чей-то друг. Кто-то, кто был убежден, что убийство Диких карт праведное дело.