— Этого достаточно, — перебила она, поднимая на меня взгляд. Она смотрела на меня по-настоящему, видя не только мою силу, не только Маленького принца, но и того, кем я стала. — Ты больше не он. Тот парень, который их забрал, не отдал бы их обратно. Даже не подумал бы попытаться. Ты… ты теперь совсем другой.

Свет угасал в ее глазах. Раны, которые нанес ей Джонатан, были слишком серьезными. Даже с возвращенными цветами, даже с помощью восстанавливающей магии она все равно умирала. Джонатану понадобился тот небольшой магический потенциал, который был у нее, когда она стала Сброшенной, чтобы сбежать, и он забрал его, когда убил ее. Но она умирала как человек. Умирала как человек. А не как существо, наполовину состоящее из магии, в которое ее превратили.

— Спасибо, — сказала она, и ее голос стал еще тише. А потом ее не стало. Я стоял на коленях, держа ее тело на руках и ощущая его тяжесть. Еще один человек погиб из-за этого заговора. Еще одна жизнь оборвалась из-за того, что кто-то решил, что его цели важнее, чем жизни отдельных людей. Я медленно поднялся и осторожно опустил тело Ребекки на землю. Кто-нибудь заберет его позже. И похоронит по-человечески. Может быть, даже рядом с братом, если бы мы только нашли место, где похоронен Дориан.

И тут я услышал, как кто-то приближается.

Адриан Новак.

Пиковый Туз, умирая, должен был лежать где-нибудь на больничной койке. Но он был здесь, и его поддерживали двое охранников, которые, казалось, были единственным, что не давало ему упасть.

Он выглядел хуже, чем когда-либо. Разложение распространялось по его коже, как трещины по стеклу, повсюду были черные вены, пульсирующие от какой-то магии, которая убивала его.

— Отойди в сторону, — выдохнул он хриплым голосом.

Я посмотрел, куда он указывал. Тело Бенни. Бриджит и Девятка опустились на колени рядом с ним, теперь они обе плакали.

— Новак, ты не можешь... — начала Бриджит, подняв на него заплаканные глаза.

— Я точно знаю, что делаю, — ответил Новак, отталкивая охранников, которые поддерживали его. Он шел вперед самостоятельно, и каждый шаг, казалось, стоил ему всего.

Он опустился на колени рядом с телом Бенни, положил руки ему на грудь, и сила потекла по телу.

Магия исцеления. Самый опасный вид магии, потому что вы не просто исцеляете кого–то, вы передаете ему свою жизненную энергию. Замените то, что он потерял, тем, что у вас есть. Сжечь свою собственную свечу, чтобы зажечь их.

А у Новака почти не осталось сил.

— Ты умрёшь, — сказала Девятка, и по её лицу потекли слёзы. — Это…

— Я уже умираю, — перебил её Новак, и в его голосе прозвучало что-то похожее на умиротворение. — Умираю уже несколько недель. Какое бы проклятие на меня ни наложили, что бы ни сделал Джонатан, оно пожирает меня изнутри. В лучшем случае мне осталось несколько дней. А может, и часов.

Свет из его рук хлынул в тело Бенни. Чистая, незамутнённая сила. Такая, что может вернуть человека с того света. Я подумал, что, наверное, так же фейри восстанавливали моё изувеченное, обезглавленное тело, хотя, наверное, там было задействовано чуть больше магических швов.

На наших глазах кожа Новака становилась всё бледнее. Чёрные вены расползались всё быстрее, покрывая его лицо, шею, руки. Он использовал всё, что у него осталось, каждую крупицу магии и жизненной силы, вкладывая их в возвращение Бенни к жизни.

— Остановись, — сказала Бриджит, протягивая к нему руку. — Пожалуйста, вы...

— Он нужен Команде, — сказал Новак, и его голос слабел с каждым словом. — Джонатан все еще на свободе. Джокер. Заговор. Все гораздо серьезнее, чем мы думали. Бенни многое знает. Имеет связи в итальянском Таро. Может делать то, что не под силу никому из вас. Он ценен. Даже необходим.

Он посмотрел на меня, и его глаза были ясными, несмотря на боль.

— Кроме того, — сказал он с чем-то, что могло быть улыбкой. — Я все равно собирался умереть, крича в агонии, пока разложение разъедало мой мозг. Так? Таким образом я могу выбирать, как это сделать. Могу выбирать, что это значит. Это больше, чем понимает большинство людей, Райдер. Это... это на самом деле неплохо.

Теперь его руки дрожали от напряжения. Свет тускнел, мерцая, как свеча на ветру.

— Береги лопаты, — сказал он мне. — Я бы хотел, чтобы они были в порядке.

— Когда-нибудь ты станешь их Тузом. Может быть, даже раньше, чем ты думаешь, судя по тому, как идут дела. Будь моя воля, к концу дня ты стал бы Королем. Теперь у тебя есть сила. Знания. Навыки. Тебе просто нужно понять, когда их использовать, а когда придержать.

— Я не хочу… — начал я.

— Неважно, чего ты хочешь, — перебил меня Новак, и его голос звучал твердо, несмотря на слабость. — Это то, что нужно Колоде. То, что нужно миру. Маленького принца больше нет. Чудовище мертво. Но Райдер, Который Ждет, остался. Не забывай об этом. Не позволяй им заставить тебя забыть об этом. Когда они спросят, скажи им, что магия, которую они видели, была магией регенерации, что это был не ты…

Свет погас.

Сила иссякла.

Новак рухнул вперед, и Дэвид подхватил его, осторожно опустив на землю.