— Райдер прав. Что бы ни натворил Джонатан, это ещё не конец. Эта молния, не просто украшение. Это сила, ищущая применения. А сила, не находящая применения, находит его сама. Обычно разрушительное.

— Топор Палача привязался к нему, когда Райдер передал его, — тихо добавил Дэвид. — Это ненормально. Фейское оружие не просто принимает нового владельца. Оно выбирает. А это значит, что что-то в порче Бенни резонирует с магией топора.

— Потрясающе, — пробормотал я.

— Ты сам отдалаему эту чёртову штуку, — огрызнулась Девятка. — Так что не будь такой стервой.

Да. Справедливое замечание. Я так и сделал. Термин «самоисполняющееся пророчество» никогда ещё не казался мне таким реальным. Джарвис поёрзал у меня на коленях, отчего стал казаться ещё тяжелее.

— Как бы то ни было, — сказал он, — по-моему, топор довольно впечатляющий. Очень эффектный. Отлично сбалансирован. Хорош для того, чтобы разрубать что-нибудь пополам.

— Не помогаешь, Джарвис.

— Я просто хочу сказать, что если уж тебя коснулась магия фейри, то, по крайней мере, у тебя есть хороший топор. Могло быть и хуже.

— Как?

— Это могло бы быть забавно.

Несмотря ни на что, я чуть не рассмеялся. Конечно, никто, кроме меня, не понял Джарвиса и в замешательстве уставился на меня, когда я фыркнул в ответ на рычание собаки.

Девятка свернула на I-95. Впереди простиралось шоссе, в этот час почти пустое. Если не считать нескольких дальнобойщиков и редких машин, за рулем которых сидел кто-то либо очень преданный своему делу, либо очень потерянный.

— Скоро будет остановка для отдыха, — внезапно сказала Девятка. — Нам следует съехать на обочину.

— Зачем? — спросил я.

— Мне нужно попробовать воспользоваться картой, — сказала она, не глядя на меня, стиснув зубы и слегка дрожащими руками сжимая руль. — Карта моей матери. Та, которую мне дал продавец. Я слишком боялась активировать ее после последнего раза, потому что...

Она не договорила.

Потому что, как только ты полностью осознаешь, какими были последние слова твоей покойной матери, ты не можешь их не знать. И иногда не знать бывает легче.

Но, очевидно, Девятка достигла своего предела в умении избегать горькой правды.

— Мне нужно знать, — сказала она. — Мне нужно знать, что она пыталась мне сказать. И я больше не могу ждать.

Она свернула на съезд и подъехала к остановке для отдыха.

Это было одно из тех унылых придорожных местечек; несколько столиков для пикника, торговые автоматы и туалеты, которые, вероятно, нарушали санитарные нормы, освещались мерцающими лампами дневного света, что придавало всему слегка апокалиптический вид.

Девятка заглушил двигатель.

Какое-то время никто не двигался с места.З атем Девятка открыла дверь.

— Все на выход.

Мы выбрались на прохладный ночной воздух. Это был тот самый странный час между ночью и утром, когда кажется, что мир замер. Будто реальность переводит дух перед тем, как начать новый день. По шоссе прогрохотал грузовик, где-то уже пела птица, что казалось оптимистичным, учитывая, что было еще темно.

Девятка подошла к одному из столиков для пикника и достала из куртки карту Таро. Королева Мечей. Карта, которую ее мать вытащила из итальянской колоды Таро прямо перед тем, как исчезнуть в пустоте семь лет назад, и та самая карта, которую мы пытались исправить в прокуренном гостиничном номере не более двенадцати часов назад. Неужели прошло так мало времени? Казалось, что несколько дней.

Она положила карту на стол. Уставилась на нее.Затем достала один из своих кинжалов.

— Магия крови, — сказал Бенни у нас за спиной. Его голос звучал хрипло. — Хорошо. Самая сильная активация для семейных уз.

Девятка никак не отреагировала на его слова. Просто уколола палец. Из ранки потекла кровь, темная в свете флуоресцентных ламп. Она прижала палец к карточке.

— Изабелла Д’Анджело, — сказала она. Четко. Твердо. — Королева Клинков. Мама. Я здесь. Я слушаю. Скажи мне то, что не могла сказать раньше.

Какое-то мгновение ничего не происходило. А потом ещё одно мгновение. И в следующее мгновение я поняла, что ничего не выходит. Ритуал был дан не Девятке, а скорее порождён отчаянием. Она должна была узнать. И, если честно, я тоже хотел, чтобы она узнала. Именно поэтому я влил в заклинание немного невидимой магии, что должно было вызвать у меня серьёзные проблемы, но всё прошло легко и быстро, как одна мысль. Это тоже должно было меня насторожить, учитывая, насколько сложно это было для большинства магов высокого уровня и насколько легко получилось у меня, но сейчас я об этом не думал. Подпитанная моей силой, карта начала светиться. Не так, как светятся карты из Колоды, не той чёткой, упорядоченной магией. Это было что-то более дикое. Старше. Возможно, магия смерти, смешанная с чем-то еще. От того места, где кровь Девятки коснулась карты, распространилось свечение, растекаясь по рисунку, как жидкий свет.

А затем появилась Изабелла.