Я оказалась в полной ловушке, прижатая лицом к стене, тяжело и прерывисто дыша. Его тело, горячее и напряженное, как натянутая струна, полностью заблокировало меня всю.

— Ты специально провоцируешь меня, да? — прошипел он в ярости. — Играешь с огнем.

От его близости и давления его руки на моей шее у меня кружилась голова, но я не собиралась сдаваться. Собрав все свои силы, я резко, всем телом подалась назад, отталкиваясь грудной клеткой от стены. Этот неожиданный напор заставил Артура на секунду потерять равновесие. Мои запястья вывернулись из его ослабевшей хватки.

И я резко развернулась, наотмашь ударив его локтем в грудь, чтобы выиграть еще одну секунду. Он пошатнулся. Этого мгновения мне хватило. Мои пальцы мгновенно нащупали холодный металл ручки. И я рванула дверь на себя, стрелой вылетая из комнаты.

Глава 11: Границы дозволенного

Я бежала по темному коридору цоколя, не чувствуя под собой ног. Дыхание со свистом вырывалось из груди, а запястья всё еще горели от стальной хватки Артура. В ушах набатом стучал собственный пульс. Я знала, что не смогу вернуться в свою комнату. Возвращаться туда — очевидно, было глупой идеей. Мой маленький мир безопасности был разрушен.

Я добежала до служебной каморки, где на стене висел деревянный ящик с запасными ключами от всех помещений особняка. Служебное крыло практически полностью было свободно из-за сокращения штата, поэтому я выбрала подходящее помещение, которое находилось этажом выше и подальше от моей комнаты. Пальцы дрожали так сильно, что я едва не выронила связку. Торопливо вытащив ключ, бесшумно проскользнула к спальне, по дороге постоянно прислушиваясь к шуму и вглядываясь в темноту и углы коридоров.

Эта комната была маленькой, пыльной и холодной, но сейчас она казалась мне надежным убежищем. Я вбежала внутрь, захлопнула дверь и повернула ключ в замочной скважине до упора. Щелчок принес секундное облегчение. Я прислонилась спиной к двери и медленно сползла на пол, обхватив колени руками.

Меня колотило от запоздалого адреналина. Как он смеет себя так? Он прижал меня к стене, блокировал движение, хватал за шею… От воспоминания о его горячем теле, прижатом к моему, и запахе его парфюма кожа покрывалась мурашками. И это ощущение больше напоминало бунт чем страх.

Я провела эту ночь без сна, чутко прислушиваясь к каждому шороху за дверью. Мне казалось, что тяжелые шаги Артура вот-вот раздадутся в пустом коридоре, но дом спал глубоким, мертвым сном. Только метель за окном продолжала выть, швыряя пригоршни сухого снега в стекло.

Утром, едва рассвело, я вернулась в свою комнату, быстро переоделась в строгую форму — черные брюки и темную кофту — и поспешила на кухню. Лицо горело от недосыпа, но я заставила себя выпрямить спину. Бабушка уже возилась у плиты.

— Есения, хорошо, что ты пришла, — негромко произнесла она, не оборачиваясь. На её лице лежала тень усталости. — Артур проснулся. Он попросил завтрак в малую столовую. Приготовь тосты, омлет и свари крепкий кофе. И отнеси ему. Пожалуйста, веди себя вежливо. Мы не можем позволить себе еще один скандал.

Я молча кивнула. Мое горло сжалось, но я заставила себя подчиниться. Приготовила завтрак, аккуратно расставила всё на серебряном подносе. Фарфоровые чашки и тарелки тихо звякнули, когда я подняла его и направилась в сторону малой столовой.

Солнечный свет, пробивающийся сквозь заснеженные окна, заливал комнату, отражаясь от натертого до блеска пола. Артур уже сидел за столом. Он выглядел отдохнувшим, словно и не было той ночной схватки в цоколе: темно-серый джемпер, аккуратно уложенные влажные волосы. Он лениво листал что-то в своем телефоне, но стоило мне переступить порог, как поднял голову.

Его глаза мгновенно впились в мое лицо. Я заставила себя не отводить взгляд. Спокойно подошла к столу и принялась сервировать завтрак. Расставила тарелки, налила кофе из кофейника, чувствуя, как воздух между нами буквально трещит от электрического напряжения.

Артур отложил телефон в сторону, облокотился на спинку стула и скрестил руки на груди. Его взгляд медленно скользил по мне.

— Ты себя чувствуешь здесь хозяйкой, Есения? — негромко, с легкой усмешкой спросил он.

Я замерла, удерживая в руках чашку с кофе, а затем аккуратно поставила её на блюдце перед ним. Выпрямилась, расправила плечи и посмотрела ему прямо в глаза.

— Я не чувствую себя здесь хозяйкой, Артур, — мой голос прозвучал ровно, холодно и на удивление твердо. — Скорее наоборот. Я жду не дождусь того дня, когда наконец уеду отсюда и забуду это место как страшный сон. Но при этом я не позволю никому меня унижать или обижать. И уж тем более заниматься унизительными вещами.

Челюсть Артура упрямо сжалась, словно ему не понравился мой ответ.

— Не думай, что тебе вчерашнее сойдет с рук, — произнес он.

Я сделала шаг назад, скрестив руки на груди, повторяя его позу. На моем лице появилась язвительная улыбка.