Монстр прыгает. Голодные глаза дико блестят. Длинные серебристые когти вытянуты, готовые схватить и удержать, пока он будет разрывать меня на части.

Я делаю последний выстрел. Проулон врезается в меня, мир переворачивается, ужасная боль полосует левую щеку. Чуть ниже глаза. Мы валимся на землю, я кричу. Сейчас он меня сожрет. Отползаю в сторону. Готовлюсь бежать, хоть это и бессмысленно. Найду камень. Буду драться. Сделаю все, что смогу. Но поднявшись на ноги, я замираю, понимая: проулон лежит на земле без движения.

В его черепе зияет окровавленная дыра.

Смотрю, не веря своим глазам. Я убил его? Охаю и опираюсь руками на колени.

Облегчение настолько велико, что я смеюсь как идиот, пока лицо не пронзает дикая, жгучая боль. Хватаюсь за щеку. Проулон полоснул глубоко. Пальцами осторожно ощупывая края раны, чтобы убедиться, что кожа не оторвана, и прижимаю ладонь, останавливая кровь.

Достаю ампулу лекарств, украденную у Себастьяна, но колеблюсь. Она может пригодиться позже. Поэтому я сую ее обратно в сумку на поясе и ковыляю прочь от проулона.

Может, если прижмет и будет совсем нечего есть, я вернусь за этой кошкой.

Иду пару минут, лицо все еще горит, поэтому опускаюсь отдохнуть возле дерева, спрятавшись за кустами.

Какой-то странный красный паук ползет по ноге, но я настолько устал, что мне плевать.

Закрываю глаза и засыпаю.

Проснувшись, брожу по острову, пока взгляд не натыкается на кое-что на поляне.

Пиратский корабль, пришвартованный на траве.

Судно представляет собой приземистую металлическую коробку с высокими перилами и короткой командной рубкой. Это угнанный транспортник Ордена, выкрашенный в красный цвет и разрисованный пиратскими черепами. Прячусь за деревом. Может, получится пробраться зайцем. Или… замираю, выглядывая из-за ствола. Двое пиратов лежат в луже крови на земле прямо у трапа.

Хмурюсь. Работа другого проулона? Тут на корабле появляется фигура, крадущаяся к рулевой рубке.

Нет, кое-кто похуже.

Себастьян.

Он все еще жив?!

Не знаю, откуда берутся силы, но я бегу вперед, перепрыгивая через трупы, и осторожно поднимаюсь по шатким сходням на борт.

Себастьян стоит на палубе спиной ко мне. Он напевает ту самую приставучую песню, накручивая лебедку гарпунного якоря, вонзившегося в землю острова. Останавливается перевести дух. Снова крутит. Цепи со скрежетом тянутся вверх.

Подкрадываюсь к нему. У меня есть мушкет, и я подумываю проломить ему череп, покончив с этим жалким ничтожеством раз и навсегда.

Но нужно сделать все тихо.

Поэтому я слегка касаюсь его плеча.

Он резко оборачивается. «Конрад!» Он замирает. «Что с твоим лицом? Погоди, ты что…»

Толкаю его со всего маху. Он летит назад и переваливается через перила корабля. С криком падает на землю. Но падение не вырубает его, как я надеялся. Он кашляет и смотрит на меня снизу вверх.

Вскакивает на ноги. Должно быть, понимает, что я задумал, потому что с криками и мольбами несется к сходням с другой стороны корабля. Но я уже закидываю их на палубу.

Он бросается к цепи гарпунного якоря, собираясь за нее уцепиться. Стремительно возвращаюсь к лебедке и кручу изо всех сил. Он прыгает, но цепь уходит вверх, выскальзывая из его пальцев в самый последний момент.

Он застывает и смотрит на меня снизу вверх.

«Ты оставишь меня здесь, после того как я столько раз пощадил тебя?»

Встретившись взглядом с его ядовитыми глазами, я вспоминаю слова, которые он мне когда-то сказал.

«Себастьян, — произношу я, — хоть я тебя и погубил, но это не станет главной радостью моей жизни».

Разворачиваюсь, игнорируя его вопли. Игнорируя стук его ладоней по металлической обшивке корабля. Возможно, он отчаянно пытается найти хоть какой-то выступ, чтобы зацепиться. Но этот корпус абсолютно гладкий. Вхожу в застекленную рулевую рубку, встаю на навигационную плитку, цепляю струны на пальцы, и вскоре корабль отрывается от земли джунглей.

«Пощади!» — кричит он. «Пощади!»

Он не получит никакой пощады.

Панические крики Себастьяна заглушаются ревом двигателя. Направляю корабль в бушующие потоки ветра, улетая прочь.

Счастливого пути, птичий помет.

ГЛАВА 29

Несмотря на боль в теле, я почти улыбаюсь, когда мой транспортный корабль взмывает в открытое голубое небо, и вокруг ни одного пиратского корабля.

Ветер бьет в стекло рулевой рубки, и я наконец-то снова капитан небес. Я погружаюсь в старое привычное уютное чувство. Именно здесь мне и положено быть.

Но, пролетая мимо зеленых островов, кишащих джунглями, и гигантских водопадов, пересекающих серые горные склоны, я осознаю, насколько медленно летит этот корабль. Я все еще на территории пиратов. Скорее всего, они отправятся на мои поиски.

И мне ни за что не уйти от погони в этой ржавой жестянке, похожей на птичий помет.