«Все то, через что тебе пришлось пройти… Ты лишалась вещей, даже не осознавая потерю, и обретала то, к чему, как тебе казалось, стремилась — только для того, чтобы потерять это снова. Но все эти испытания сделали тебя лишь сильнее».

Внезапно она крепко хватает меня за предплечье:

«Я люблю тебя, брат».

От ее слов я буквально теряю дар речи. Мне нужно ответить сразу же, но память уносит меня назад — в морозную ночь на мансарде таверны Макгилла, когда я прижимал к себе больную, потерявшую сознания мать и обещал, что верну Эллу к ней.

Мое сердце чуть не тает. Нижняя губа дрожит.

Вернуть Эллу означало не просто воссоединиться с ней; это означало помочь ей заново обрести то, что она утратила в себе.

Я больше не слышу хохота Родерика и Паунда, не замечаю, как Китон подначивает их в этом идиотском веселье.

Весь мой мир сейчас — это моя сестра.

Признание Эллы высвободило то, что так долго было заперто внутри. То, ради чего я шел все это время. Ради чего пришел в Отбор. Ради чего бежал по хребту горгантауна.

Все это было ради сестры.

«Я тоже люблю тебя, Элла».

Никто не обращает на нас внимания, кроме Брайс. Мы с Эллой протягиваем руки и крепко сжимаем ладони.

Мы снова полностью вместе — впервые с того самого мгновения после гибели отца, когда оба прятались в темном шкафу, прижимаясь друг к другу, потому что только это присутствие давало обоим надежду, что жизнь когда-нибудь наладится.

«Что бы ни случилось», — произносит она.

«Мы — семья», — заканчиваю я.

И внезапно с плеч спадает груз. Тяжесть, которую я тащил так долго, что успел позабыть о ее существовании. Клятва, данная матери. Что однажды я верну Эллу. Что я расскажу ей о матери и вырву из тисков змея.

Мама сейчас сидит рядом с нами, и я буквально чувствую ее улыбку.

От этого счастья становится так легко, что на несколько минут я почти забываю о грядущей схватке. Да, силы неравны, против нас брошена вся мощь дяди.

Но, черт возьми, мы еще не сдались.

После завтрака я возвращаюсь в комнату отдыха; на «Гладиане» царит давящая тишина, нарушаемая лишь мерным гулом двигателя. В коридорах не слышно голосов, ветер не бьет в обшивку.

Эта битва решит будущее Скайлендов.

Охотничье снаряжение дожидается на кровати. Облачившись в свежую форму, я затягиваю магботы и дважды перепроверяю экипировку: от комм-гема и подзорной трубы до одного из мини-гарпунов Родерика, который закрепляю на правом запястье. Он немного доработал его для меня. На поясе также висит полдюжины запасных крюков для этого зацепа — на всякий случай. Я пристегиваю к поясу трость из стального дерева, и как только она надежно закреплена, накидываю на себя куртку Охотника и направляюсь на верхнюю палубу.

Брайс перехватывает меня в коридоре.

Она резко подходит ко мне, не говоря ни слова, и ее пронзительные голубые глаза лишают меня всякой воли. Она мягко прижимает меня к стене и целует.

Это наш самый страстный поцелуй.

Возможно, последний.

Когда она отстраняется, ее щеки пылают румянцем, и она тихо смеется:

«Я почти забыла, что мы идем в бой».

«В какой еще бой?»

Она прыскает, но, прежде чем успевает ответить, Маделин присылает сообщение, которого я так долго ждал.

«Флот короля прибыл».

Мы с Брайс напоследок испуганно и быстро обнимаемся, после чего она убегает управлять двигателем, а я мчусь к люку. Секунда — и я уже на палубе, следом поднимаются Родерик и Китон. Я твердой походкой шагаю к носу, сдергиваю с пояса подзорную трубу и вижу: в лучах восходящего солнца приближаются первые корабли королевского флота.

Я поднимаю свой гем к губам.

«Всем на боевые позиции».

ГЛАВА 59

В крови бушует чистый адреналин, пока небо кругом полыхает огнем. «Гладиан» содрогается, когда очередной залп с далеких вражеских линейных крейсеров разрывается прямо у нашей отступающей кормы.

Я лишь крепче держусь за поручни и кричу, пока мы мчимся прочь от взрывов.

Черт. Черт.

Вдали вражеские крейсеры и скоростные корабли медленно смыкают кольцо вокруг моего флота. Отрезают любые пути к отступлению. Но линейные крейсеры, которые мы так надеемся выманить под пушки наших южных авианосцев, не спешат пускаться в погоню.

Нужно заставить их пойти за мной.

На востоке гремят взрывы — там кипит бой. Маделин командует Охотниками на фланге, пытаясь замедлить сужение вражеского кольца. К югу от нас половина армады Этвудов прикрывает «Имперус» и наши рассредоточенные на большом расстоянии авианосцы. Сами авианосцы укрыты за грядой островов. Нам нужно, чтобы они потрепали линейные крейсеры Короля, но, чтобы достать их, авианосцам придется выйти из-за островов и подставиться под удар.

К счастью, на юге вражеские силы пока слабее всего.

Пока что.

Остальные наши подкрепления замерли на западе, возле заброшенных островов. Именно там мы прячем Малыша Ги. Я бы дорого отдал, чтобы пустить его в дело, чтобы он крушил все подряд. Но он нужен для плана.

«Ес!» — орет Китон, указывая в сторону линейных крейсеров. «Заходи на еще один круг!»