«Я уже говорила тебе, что Тальбы ненавидят короля Ульриха», — продолжает она. «Последние несколько месяцев мы помогаем финансировать восстание Охоты. Вот почему у матери почти нет времени на этот остров. Если бы ты рассказал ей все с самого начала, сейчас бы все еще тренировался у нее. Она могла бы даже помочь тебе подняться до Верховного».

Мой голос становится тише. «Она не хочет становиться королевой?»

«Она не дура, Конрад. Быть Верховным — смертный приговор. Именно поэтому дядя делает все возможное, чтобы заморозить Меритократию. Слишком много желающих оспорить его право на власть».

«Ты говоришь как лотчер».

«А ты — как избалованный принц, которого с колыбели кормили пропагандой о меритократической мечте, и он не способен увидеть общую картину. Хочешь стать королем? Дерзай. Наслаждайся ответственностью за восстановление разрушенного войной мира, сражайся с дикими монстрами, разгребай дерьмо Лантийских колоний и последствия тирании своего дяди. Мы же предпочтем править Рутландом и, возможно, когда-нибудь — Востоком».

«Саманта, — говорю я решительно, — король отнял у меня все, и он поступит так же с любым, кто заранее откажется подчиняться. Его нужно остановить. Твоя мать поможет мне?»

Она хмурится. «Нет».

Мои плечи опускаются.

«Но, — добавляет она, — я, возможно, смогу переубедить ее».

«Что? Как?»

Саманта объезжает обеденный стол и направляется к окну, выходящему на территорию усадьбы и ангар. Вглядывается в бескрайние белые облака и острова.

«Ты отвезешь меня к тому мальчишке, который посадил меня в это кресло».

«Себастьян? Но он… Я думаю, он мертв».

Она смотрит на меня. «Если он жив и если ты поможешь мне его найти, то я постараюсь убедить маму передумать и помочь тебе. Если мне это удастся, Тальбы будут летать вместе с Урвином».

«Саманта, я бросил его на острове, окруженном пиратами и проулонами».

«Тогда, похоже, нам следует немедленно отправляться на его поиски. Ты не единственный, кто готов гнаться за местью до самого края неба, Конрад. Таковы мои условия».

Я пристально смотрю на нее, и, понимая, что она не отступит, подношу гемм к губам. «Аня, подготовь мои корабли к отлету. Скоро буду».

Командиру эскадры требуется секунда на ответ. «Да, лорд Ред. Мы будем готовы через час».

Саманта разворачивается и направляется к двери.

«Куда ты?» — спрашиваю я.

Она оглядывается. «Трость нужно отполировать. Я лечу с тобой».

ГЛАВА 39

Впервые за многие месяцы я плыву по голубому небу. Я стою на приподнятой металлической платформе, опоясывающей рубку «Вспышки». Позади меня Аня руководит экипажем из полностью застекленной командной рубки, приказывая пилоту выжать тягу на максимум.

Корабль набирает ход. Ухватившись за поручень, усиливаю магнитное поле в ботинках. Улыбаюсь и вдыхаю ветер полной грудью. В том, что я нахожусь под открытым небом, есть что-то правильное.

Куртка охотника развевается за спиной. Мира разыскала для меня эту форму. И пусть так меня легче узнать, в небе мне комфортнее всего именно в ней.

По бокам нас сопровождают несколько моих кораблей, включая «Парвос» — внушительное судно класса «Резня». Эта гигантская красная махина выделяется среди дневных облаков, словно синяк. Она до отказа забита огромными пушками.

Флотилию ловцов пишонов мы брать не стали. Деньги, которые они приносят, сейчас могут понадобиться мне больше, чем дополнительная огневая мощь. Так что они остались с моими советниками.

Пока что.

Улыбка исчезает, когда я принимаюсь разглядывать далекие острова. Мы входим в те воздушные просторы, куда не заглядывает даже Орден. Идти эскадрой в четырнадцать кораблей к одному крошечному островку кажется перебором. Но если придется столкнуться с пиратами или горгантаунами, эскадра мне пригодится.

Облака плывут над палубой, покрывая влагой ветрозащитные очки. На горизонте зеленеют несколько далеких островов.

«Лорд Ред», — докладывает Аня по связи. «Обед приготовлен».

«Сколько осталось до острова?» — спрашиваю я.

«Рулевой прикидывает, что прибудем где-то в ближайшие два дня».

Я делаю долгий, беззвучный вдох. Столькое зависит от того, бьется ли еще гнилое сердце Себастьяна.

«Есть какие-нибудь признаки пиратов?» — спрашиваю я Аню. «Или чудовищ?»

«От эскадры донесений нет. Видели пару ацидонов в отдалении, но они держались от нас подальше».

«Держи в курсе».

«Есть, сэр».

В животе урчит от голода, но мне хочется побыть наверху еще немного. Я касаюсь своего комм-гема, соединяясь с Самантой. Она где-то на нижних палубах.

«Сколько кораблей у твоей матери?»

«И тебе привет, Ред».

«Сколько?»

«Шестьдесят, включая современный авианосец Ордена».

«У нее есть авианосец? Откуда?»

«Мы же сами сражались с лантийскими диверсантами, ты же знаешь».