Он стиснул зубы и вскарабкался на дорожное полотно, где его ждали остальные. Элен вздохнула и последовала за ним. Поскольку остальные не двинулись на север, она остановилась, все еще стоя ногами на откосе, на тихом камне. Она решила подождать как можно дольше, прежде чем ступить на дорогу. Тем не менее, жужжащая дрожь отдавалась в ее костях, заставляя гадюку еще плотнее обвиться вокруг ее сердца, и от этого ощущения у нее перехватило дыхание.

Кем удивленно посмотрел в один конец дороги, потом в другой.

— Здесь нет движения! Я никогда не видел, чтобы на дороге вообще не было движения. Но, мне кажется, к югу от Привала Фарледдер идти некуда.

— Что это? — спросил Ипис, указывая на юг вдоль дороги. — Это повозка? Две повозки?

— Между этим местом и Пятью Мостами есть две деревни, — сказала Элен.

— Бьюсь об заклад, — сказала Ксилси, — эти бандиты только этого и ждали. Погонщикам повезло, что мы появились первыми.

— Повозки! — закричал призрак, как будто скромные транспортные средства были сокровищницей на колесах. — Достойная Собеседница, пойдемте со мной. И Джирви. Остальные остаются здесь.

Он побежал трусцой к повозкам, Лувиара поспешила за ним, чтобы не отстать. Джирви последовал за ними, хотя он больше заботился о своей поврежденной ноге, чем в начале их сегодняшнего перехода.

— Мне кажется, вы были здесь всего один раз, — сказал Симо Элен.

— Да, и я помню, что прошла через обе деревни. Одна называется Ров Гестед, другая — Ров Гесфол. Но я не поэтому знаю, что они там есть, или их названия. Как помощница-курьер, я имею доступ к Залу Карт в Резиденции. Как лояльный провинциальный чиновник империи, пусть даже самый скромный из помощников-курьеров, я считаю своим долгом хорошо разбираться в маршрутах, которые связывают империю воедино. В мои обязанности входит знать все возможные убежища для путешественников, если мне понадобится эта информация самой или для передачи другому курьеру или дворцовому чиновнику. Как сейчас.

Ксилси фыркнула и толкнула Элен локтем, словно давая ей понять, что ее чересчур подробное объяснение было хорошей шуткой, маленькой комаром на носу капитана.

— Я не привык, чтобы надо мной насмехались такие, как вы, — сказал Симо, бросив взгляд на призрака, который, к счастью, был уже слишком далеко, чтобы услышать.

— Я не насмехаюсь, Капитан. Я бесконечно благодарна интенданту за доверие, которое он мне оказал. Поэтому я всегда буду стремиться служить ему.

— Не императрице? — резко спросил Симо.

— Интендант служит императрице, поэтому, служа интенданту, я служу империи и ее императрице, которая стоит намного выше таких, как я. Я всего лишь мелкая рыбешка.

— Мелкая рыбешка с большим ртом, — пробормотал он.

Она прижала руку к сердцу.

— Так мне говорили. Это мой самый большой недостаток.

— Мне нравится твоя откровенность, — сказала Ксилси. — Я выросла в Маноре, где полно людей, которые используют цветистые речи, чтобы сказать что угодно, кроме того, что они думают на самом деле. Чем лучше вы умеете льстить, тем выше сможете подняться. Вот почему я сбежала к стражам, потому что стражи должны быть хороши в своем деле, чтобы эффективно выполнять свои обязанности. А наш славный Симо происходит из более скромного Манора сердца страны, не такого знатного, как мой. И все же он поднялся, чтобы лично сопровождать всевидящее око, нашего милостивейшего и возвышенного принца Гевулина. — Она склонила голову набок. — Принц сам выбрал вас, не так ли, Капитан?

Симо выглядел раздраженным. Вместо ответа он пошел за принцем.

Элен была поражена осознанием того, что во внутреннем рейтинге стражей было несколько уровней. Симо, безусловно, был капитаном этой операции. Но Ксилси происходила из Манора с таким высоким статусом — каким бы он ни был, — что могла говорить все, что хотела, и ее не наказывали за неподчинение или неуважение.

— Что? — спросила Ксилси, глядя на нее. — Я начинаю понимать выражение твоего лица. Ты о чем-то задумалась.

— Хотелось бы надеяться, что я всегда думаю о чем-то, — сказала Элен, заставив Ксилси снова фыркнуть. — Но теперь, когда мы стали подругами, у меня есть вопрос.

Ксилси просияла, как будто никто никогда раньше не называл ее подругой.

— Продолжай!

— Ты когда-нибудь задумывалась, не поставило ли твое высокое происхождение Джирви в трудное положение? Быть любовниками — значит быть близкими, верно? Быть настоящими любовниками — значит быть равными. Что, если твой высокий статус был третьим в вашей постели?

Ксилси, нахмурившись, потерла подбородок.

— Он все еще не сказал мне о помолвке и позволил этому продолжаться, как будто ничего не изменилось. У него есть ребенок. Я упоминала о ребенке? И еще один на подходе!

— Ох. Меня бы это разозлило. Если бы любовник мне не сказал, я имею в виду. Я ничего не знаю о том, как в Манорах заключаются браки.

— Неужели он думал, что я не узнаю? Что я не знаю людей, а люди не болтают?