— Большая часть жизни — это сплошное недоумение и недоверие, так? И все же я считаю, что с нашей стороны благоразумнее сбежать сейчас, пока мы еще можем это сделать. Опередить многочисленные группировки, жаждущие поглотить нас в своей жажде власти. За исключением вас, конечно, — добавил он, самым небрежным образом указывая на принца. — Ну. Возможно.

— Вы ведь не передатчица, не так ли? — спросил принц.

Свет фонаря плясал светом и тенью на обычно суровом лице передатчицы. На коже еще оставалось несколько красных пятен, несколько царапин от живой изгороди, но волдыри от ожогов, которые призрак получил в блокгаузе, просто исчезли.

Призрак улыбнулся с ленивым обаянием.

— Я вижу, вы кое-чему научились, несмотря ни на что.

Принц выхватил хлыст, дрожа от ярости и гордости.

— Вы чертов монстр. Я покажу вам, что значит оскорблять и унижать принца Третьего Сословия.

Элен сделала шаг вперед, намереваясь встать между ними.

Призрак вяло поднял руку, чтобы остановить ее. В его улыбке появилась угроза обнажить зубы дракона.

— Я бы не стал, — легко сказал он, пристально глядя на принца, — и вы знаете, почему.

Принц остолбенел от гнева, выражение его лица застыло. Его губы зашевелились, хотя не раздалось ни звука. К всеобщему изумлению, он убрал хлыст в ножны.

Опустив руку, призрак заговорил самым непринужденным тоном, какой только можно себе представить.

— Эл, пойдем?

Все перевели взгляды с призрака на нее.

Она подняла фонарь.

— Следуйте за мной.

30. ВСЕГДА ПО ЗАМЫСЛУ ИМПЕРАТРИЦЫ

После подъема Пелены всегда было благоразумно оставаться дома на ночь, особенно тем, кто жил за пределами дороги, рва или живой изгороди. И все же, идя с этими стражами, Элен ощущала опасность, но не тот абсолютный страх, который все годы детства сопровождал ее и Ао, двух девочек, таких юных, невежественных и одиноких, если не считать друг друга. Теперь она не могла бы и мечтать о лучших спутниках для такого путешествия. Каждый страж обладал уникальной чертой или умением, которые, взятые вместе, делали их сильнее как единое целое, а не по отдельности.

Она шла впереди, Ипис следовала за ней по пятам. Было удивительно, насколько сильно окружающий пейзаж переносил ее в прошлое, в которое она никогда не хотела возвращаться. Деревья. Запахи. Тишина малонаселенной земли, расположенной так далеко от дороги. Воспоминание об искупительнице, которую она оставила позади. Искупительнице, которой она когда-то была.

Но Ипис не была Ао. У молодой страж была твердая рука, меч на поясе и походка человека, который знает, что делает, и готов к неожиданностям. Что-то в темноте придавало Ипис сверхъестественный вид, как будто ее обостренное восприятие было обусловлено шестым чувством, с которым она родилась, как будто вокруг нее витало невидимое присутствие. Не похожее на гадюку, а что-то другое. Это сверхъестественное присутствие не беспокоило Элен, но она могла понять, почему новичкам из когорты Ипис было не по себе, особенно если они были консервативными людьми, которые никогда не ходили ни по чему, кроме хорошо подметенных дорожек.

Дважды Ипис заставляла их остановиться. Оба раза она открывала и уничтожала головки Спор, пока Элен держала фонарь, чтобы дать ей достаточно света. Молодые ростки Спор еще не выделяли запах, по которому их находила Элен.

Никто не проронил ни слова, пока они шли дальше. По тропинке было легко передвигаться, они то входили лес, то выходили из него. Свет от фонаря давал достаточно света, и они дважды останавливались, чтобы долить в него масла. Ветер продолжал разгонять облака, открывая больше света от растущей луны.

Элен не могла не сравнить надменную, гордую, неприятную и определенно непривлекательную манеру держаться Гевулина с непринужденной манерой призрака жить в том же теле, и она поражалась этому. Она поражалась, что передатчица раньше казалась ей холодной и непривлекательной, но, когда это поразительное лицо с сияющими глазами иронически подмигнуло ей, все ее существо озарилось глупой радостью и приятным приступом сексуального желания. Так неудобно. Так благословенно.

Он вернулся за ней.

На рассвете Джирви подстрелил пару кроликов. Ксилси связала их и перекинула через плечо, чтобы оставить на потом. Кем рыскал вокруг тропинки в поисках съедобных растений. Он заметил осенний чабер и собрал несколько ягод, связав их в узелок, который взяла Ксилси, чтобы он мог продолжить поиски. Принц сохранял спокойствие, пристроившись в арьергарде рядом с Джирви.

Они добрались до гребня и направились на юг по меловой тропинке, которая проходила чуть ниже верхней линии пологого склона. Элен пропустила Ипис вперед.

Когда Симо вышел вперед, чтобы идти рядом с Элен, призрак любезно уступил место и пошел в нескольких шагах позади.

— Я удивлен, — сказал капитан, — что Ипис не выкорчевала ни одной Споры на холмах Восхода Луны за все те дни, что мы там провели.