На дальних пандусах горели фонари часовых, сигнализируя господам и слугам: Здесь вы будете в безопасности. Северный сектор внутри Кольца пока оставался тихим. Бои в центральном и южном секторах превратились в месиво из шума, бульканья, хлюпанья, чавканья, ударов палками и камнями, криками и непрерывными ругательствами; у боев не было центра, они казались непрерывными потоками движения, то вперед, то назад. Большинство деревенских построек по эту сторону дороги были темными, с плотно закрытыми ставнями; едва различимые силуэты двигались на юг, к восточному пандусу, слишком далеко, чтобы можно было различить что-либо, кроме света фонарей, поднимающихся и опускающихся, как светлячки. Спорящие голоса. Скопление теней, словно люди в толпе пытались принять трудное решение. Страх, словно дымка, витал в ночном воздухе.

Встретится ли искупительница снова со своей сестрой? Будут ли они искать остров Пиршеств и прекрасную землю, теперь, когда они знают, что туда можно добраться? Или они останутся на знакомых им путях? Но призрак сказал правду: Элен не могла принимать решения за них.

Джирви спрыгнул на землю и пробежал мимо нее, чтобы спуститься к остальным. Наконец, призрак повис на руках над краем акведука и — ловко и легко — приземлился на ноги, взмахнув дымчатыми крыльями. Он даже не вздрогнул от удара.

— Ты быстро исцеляешься, — заметила она.

На его лице появилась самая хитрая улыбка.

— Это один из моих лучших трюков.

Вместе они спустились к подножию насыпи, где их ждали стражи, все их снаряжение было в порядке. Она уважала их дисциплину. Принц, несомненно, был высокомерен и погряз в амбициозном и властолюбивом мире интриг, к которому она надеялась никогда не приблизиться, но он проделал хорошую работу, чтобы стать достойным всевидящим оком для стражей, которые должны были ему подчиняться.

— Куда нам теперь? — спросил Симо. — Капитан Ворон, у вас есть какие-нибудь рекомендации?

— Лучше всего спросить у помощницы-курьера, — сказал призрак. — Что касается меня, то я должна вернуться на юг, обратно в Пелену.

— Мы не можем доверять ни одной из сторон, — сказал принц. — Было бы безрассудством отправиться на север. Так что давайте тоже вернемся на юг. На дороге мы сможем развить хорошую скорость.

— Дорога — это первое, где они будут искать, Ваше Высочество, — сказала Элен. — Мы пойдем пешком. У них будут лошади.

— Что бы вы порекомендовали? — спросил принц.

— Ты действительно родом отсюда? — спросила ее Ипис.

— Из латрины Высоких Небес, я бы сказала, — пробормотала Ксилси. — Прости, Элен.

Кем потянулся, чтобы сжать руку Элен.

— Я в порядке, — сказала она Кему, затем принцу. — Нам нужно пройти мимо домов и первой изгороди, затем через поля ко второй изгороди. Оттуда мы пойдем на юг, к Дядюшке Треснувшее Лицо.

— Дядюшке Треснувшее Лицо? — спросил Симо.

— Увидите.

Со стороны северного съезда, на приличном расстоянии, раздался звук рога, который, вероятно, не имел к ним никакого отношения, но зачем рисковать, что их вот-вот захватят?

— Будьте готовы к бою, но не вступайте в него, пока у нас не останется выбора. Пусть люди думают, что мы запаниковавшие слуги, убегающие прочь. Капитан, зажгите ваш фонарь.

Она в последний раз оглядела пустую землю, тихую дорогу и дома с закрытыми ставнями. Кто-нибудь внутри мог их увидеть, или их фонарь можно было легко заметить издалека, но они должны были рискнуть.

Искры взметнулись к небу. Пламя вспыхнуло и разгорелось. Капитан повернул заслонку фонаря наполовину, чтобы создать направленную линию света; не такой яркую, как обычно, но достаточную, чтобы осветить землю. Элен вела их размеренным, но быстрым шагом по посыпанной гравием дорожке через изрытую колеями дорогу, которая шла параллельно священной дороге. Деревня выросла больше памятной ей коллекции полуразрушенных зданий. Теперь она была шириной в три полосы, пересекалась переулками, и вдоль каждого переулка лежало месиво взбитой грязи, которая, к счастью, застыла, образовав твердую поверхность. Они перебегали каждый переулок, надеясь, что их не увидят. На некотором расстоянии от них, возле сверкающей мастерской кузнеца, собралась толпа людей, которые кричали друг на друга, споря о том, что делать. Поднявшийся шум позволил стражам незаметно пересечь еще один переулок.

Миновав последний ряд хижин, они добрались до канавы, мутная вода в которой была покрыта льдом. Они перепрыгнули через нее, помогая друг другу вскарабкаться на дальний склон. Здесь их встретила первая из тисовых изгородей Кольца.

— Держите оружие наготове, нюхайте Споры, — сказал Симо своим стражам.

Элен тыкала своим посохом, пока не нашла место, где они могли бы пробраться сквозь живую изгородь с минимальными потерями. После того, как они прошли, бормоча жалобы на исцарапанные лица и шипы в волосах, она велела им пересечь сад, усыпанный листьями и заросший сухими осенними сорняками, и подождать под сенью огромного искривленного тиса.

Поставив фонарь на землю, она раздвинула ветки живой изгороди, делая все возможное, чтобы скрыть следы их прохода. Все, что угодно, лишь бы задержать погоню.

Призрак неотступно следовал за ней, держа ветки и спрашивая:

— Что еще я могу сделать, дорогая?

— Ты здесь, и это все, что имеет значение.