Она яростно потерла сухие глаза. Возможно, от слез было бы легче, но слезы бы ничего не дали. Он прав, но она не могла произнести это вслух. И он не настаивал на ответе.

Через мгновение она спросила:

— Что с твоими травмами?

— Они болят все меньше и меньше по мере того, как исцеляются, а такие, как я, быстро исцеляются, чтобы не потерять свой великолепный блеск, — ответил он с нежным юмором, который, как она была уверена, должен был успокоить ее ноющее сердце.

Они прошли по акведуку без происшествий. Все большее число вооруженных людей направлялось к переднему двору дворца, но она не могла с уверенностью сказать, чьими сторонниками они были. Раздались крики, когда группа солдат с боем пробивалась от главных ворот к своим товарищам. Ночь прорезывали стрелы. На востоке какие-то безрассудные глупцы бросали горящие факелы в здания. Издалека битва могла показаться театральной постановкой, разыгравшейся на улицах внизу, поскольку ежегодный фестиваль огней в ночь середины зимы сопровождался танцами, историческими сценками, праздничными пирогами и кокетливыми прогулками по всем четырем кварталам Привала Орледдер. Так самая темная ночь становилась светлой и наполнялась хорошим настроением.

Но не здесь. Не сейчас. У этой девочки и ее сестры была своя история, чем бы она ни закончилась. Элен была всего лишь старым призраком в их сказке, с которым они встретились однажды и больше не увидятся никогда.

— Здесь, — прошептал Бэрроу, отвлекая ее от размышлений. — Священный путь лежит прямо под нами.

Сколько раз она повторяла Кему правила курьера: Не отвлекаться и не быть небрежным. Чтобы выжить и обеспечить выживание всей компании, она должна была быть внимательной.

Единственная лестница, по которой можно было спуститься, была та, по которой они поднялись с помощью водяного колеса. Но там, где акведук проходил над надземным дорожным полотном, на полпути между северным и восточным пандусами, прыжок на дорожное полотно был всего на длину ее тела.

Элен повернулась к принцу.

— Нам следует оставить мальчика здесь, на вершине акведука. Он сможет вернуться на кухню, когда там будет безопасно.

— Капитан, что вы думаете? — спросил принц Симо. — Было бы безопаснее убить его. Но это опозорило бы его верную службу.

Симо погладил мальчика по голове, как мужчина, у которого, возможно, есть один или два собственных ребенка примерно такого же возраста, и Элен поняла, что никогда не спрашивала об этом, а капитан не делился такими подробностями.

— Отпустите его, Ваше Высочество. Он молодец. И помощница-курьер уверяет нас, что у него есть причина не выдавать нас, чтобы не выдать себя и своих людей.

Элен быстро выпроводила Бэрроу, пока принц не передумал.

— Будь осторожен. Господа никогда не узнают, что ты когда-либо уходил. Но не рассказывай даже своей матери, что ты делал сегодня вечером.

Он поспешил уйти, как и следовало ожидать.

Работая парами, стражи по одному спускались на дорогу, после чего каждый слез по крутой насыпи. Пока остальные уходили, Элен осматривала местность за дорогой, то, что она могла разглядеть, когда облачный покров начал расходиться, открывая облака и растущую четверть луны: полоску голой земли за насыпью и на ее внешней стороне дорогу, по которой передвигались люди. Скромные дома и оживленные мастерские, принадлежащие слугам, которым было позволено жить так близко к священной дороге — это означало, что у них есть разрешение леди встать под ее защиту, если поблизости появятся Споры. Граница деревни уходила на север и юг, насколько хватало глаз. С внешней стороны она был обнесена высокой изгородью, за которой простирались сады, нивы, огороды и пастбища.

Следует ли им отправиться на север, вслед за леди? Или на юг, к Белому Морю и империи? Или есть третий вариант? Скорость важнее всего. Они должны были опередить преследователей, которые неизбежно последуют за ними, разве что сражение между лордом и леди не зайдет в тупик. Но они не могли рассчитывать на такой исход. Элен приходилось предполагать худшее: Телан победит.

Легкий толчок в бок вернул ее внимание к акведуку.

— Ты следующая, — прошептал Джирви. — Я останусь здесь с капитаном Ворон.

У нее было предчувствие, что Джирви делает все возможное, чтобы защитить ее от потенциально смертельного присутствия непредсказуемой айвурки. Она чуть было не запротестовала, но призрак кивнул ей. Спор только замедлил бы их. Она позволила этим двоим опустить ее вниз, упала и приземлилась, чувствуя, как пчелы жалят ее прямо в ноги. Быстрый прыжок перенес ее со священной дороги на благословенно неподвижный камень верхней насыпи, где она присела, ожидавшая, но готовая двигаться.