Люди ворвались прямо в прихожую. Двое выкрутили ей руки, а третий прижал к боку артефактный электрошокер. Разряд прошил нервы, но Нина устояла. Слабых в Министерстве Контроля надолго не хватало; ей же помогал собственный Дар физического усиления. В ту секунду он сработал сам. Мышцы отвердели, и а развернула плечи и коротким хуком ударила одного в челюсть. Хрустнула кость, мужчина повалился на пол. Второго она перекинула через бедро и с размаху приложила о паркет.

Добралась бы и до остальных, но из коридора крикнули:

— Стоять!

Нина оглянулась. На ворвавшихся были джинсы с потёртостями, куртки и выцветшие футболки. Одному лет двадцать от силы, другому за сорок; третий надел поверх свитера робу электрика. Такую компанию каждый день встретишь в спальных кварталах.

Этот, в робе, стоял рядом с Варей и держал у её шеи узкое лезвие ножа.

— Не дури, — сказал он. — Иначе будет хуже.

Дар тут же погас. По приказу налётчиков Нина обулась, наскоро одела дочь. Через чёрный ход их вывели из дома и затолкали на заднее сиденье фургона с тонированными окнами. Дальше машина долго петляла по промзонам столичной окраины. Когда добрались до складского тупика, двое похитителей развернули перед бампером багровый контур. Воздух затрещал, раскрывая воронку пространственного прокола.

Нина узнала красный портал. В боевой магии она разбиралась плохо, зато в министерских коридорах уже несколько месяцев шептались о таких проколах. Называли радикалов из подпольных ячеек. Другие подозревали соседние державы и их спецслужбы, тайно воюющие с Империей. По ту сторону портала Нина поняла, что свидетелей после подобных дел живыми не оставляют.

Теперь шёл третий день плена. Всё утро Варя смотрела перед собой, даже воды не попросила. И ни разу не заплакала. Нина перебирала её спутанные волосы, уткнувшись подбородком в макушку:

— Ничего, родная. Папа уже понял, что мы пропали. Он обязательно поднимет панику, доложит по инстанциям, подключит гвардию... Нас найдут.

Из-за мужа их и забрали, в этом Нина была уверена. Он защищал правительственную связь, имел дело с важными имперскими протоколами. Какая ещё причина могла привести налётчиков в обычную министерскую квартиру?

Наверху скрипнула половица, затем засов проскрежетал по скобе.

Химера припала мордой к ступеням и глухо зарычала. Вниз шёл лохматый мужчина без рубашки. Чёрные татуировки густо покрывали плечи, спускались по предплечьям. Он окинул взглядом угол, где сидели пленницы.

— Замечательно, значит, вы ещё живы, — сказал он. — Встать.

Нина встала так, чтобы дочь осталась за её спиной:

— Только дочь отпустите. Я сделаю всё, что вы хотите. Отпустите дочь.

Мужчина ответил кривой усмешкой:

— Хорошо. Мы сейчас находимся под землёй, а сверху — лесная хижина, защищённая нашими артефактами, поэтому дикие химеры сюда не суются. Мне её прямо сейчас отпустить? На улицу выставить?

— В город, — сказала Нина сквозь зубы. — Верните её домой.

— Обязательно вернём. Но для начала тебе придётся поработать.

— Я-то при чём?!

— Слушай меня внимательно. Завтра для тебя будет ответственный день, который решит судьбу твоей дочери. Ты любишь свою милашку? Посмотри, какой смелый ребёнок, даже не плачет.

— С чего вы взяли, что она не плачет? — у Нины сорвался голос.

— Я не вижу на тебе никаких увечий, — ответил похититель. — Если бы ребёнок слишком громко плакал, у химеры был приказ начать вредить тебе. И не спрашивай, это не я, а напарник — у него своеобразное чувство юмора. Впрочем, неважно.

Из кармана штанов он вынул стеклянную колбу, узкую, с мутной зелёной жидкостью. Та побулькивала за стеклом.

— Первым делом выпей это. Если не ты, тогда она это выпьет.

Нина шагнула к нему, выхватила пробирку и одним глотком осушила её. Горло обожгло холодом, следом поднялась горечь.

— Отлично, — кивнул татуированный. — Это химерный вирус, который в течение шести дней убьёт тебя, если не дать другую пробирку. Так что на всякий случай, если тебе вдруг не важна судьба дочери, сбежать ты всё равно не сможешь — умрёшь. Это чисто перестраховка. Расклад такой: мы тебя возвращаем назад, ты должна отправиться на работу и запустить копирование всей базы данных. А потом принесёшь её нам в тот дом, из которого тебя забрали. Там будут ждать наши люди. Когда они всё проверят, тебя отпустят и вернут дочь. Но если ты что-то сделаешь не так, дочь остаётся у нас. Кто знает, куда её направят: в бойцовскую яму или на эксперименты. Всё зависит от тебя.

— Какая база данных?! — спросила Нина, в ужасе глядя на него. — Она весит столько, там вся имперская информация! Мне нужно минимум две недели, это куча времени!

— Это не так трудно, как тебе кажется, — усмехнулся он. — Нам нужен только отдел с Одарённой рождаемостью.

Нина вскинула глаза и на миг перестала дышать. Значит, всё из-за её работы. Муж с его закрытыми каналами здесь ни при чём.