Я встряхиваю рукой, оглядываясь на Лени. Ее глаза широко раскрыты, шокированы, возможно, немного впечатлены. Черт, она проблемная.

Карло, возможно, мерзкая старая жаба и явно к ней приставал, но он все равно кузен Джулиана – отставной старый коп со связями, которые все еще высоки. Эта мысль ничуть не остужает моего гнева.

– Леди сказала нет. – Я хмуро смотрю на него сверху вниз.

Он с трудом поднимается на ноги, одной рукой зажимая окровавленный нос, но я не предлагаю ему помощи. Пусть страдает.

– Как ты смеешь? – рявкает он, когда наконец встает. – Ты знаешь, кто я?

Движимый холодной яростью, я хватаю его мясистую руку и вытаскиваю из туалета, захлопывая дверь за нами. Затем я прижимаю его к стене. – Я точно знаю, кто ты, Карло. Ты ничего не можешь мне сделать. – Я смакую каждое слово. – Но ты – я могу тебя уничтожить. Как думаешь, что сделает Джулиан, когда я проиграю запись того, как ты домогался той женщины? Защитит тебя или будет отрекаться от родства так яростно, как только сможет?

Глаза Карло выпячиваются. – Ты блефуешь.

Я мрачно усмехаюсь. – Ладно, пойдем к Джулиану. Посмотрим, что он решит. – Я поворачиваюсь и делаю несколько шагов к бальному залу.

– Подожди! – Карло хватается мой пиджак, но отпускает, когда я сверлю его взглядом. – Ты ублюдок, – рычит он, уползая.

Черт, это было близко.

Что, если бы мой блеф не сработал?

Что я, черт возьми, вообще делаю?

Я должен быть в бальном зале, общаться с гостями, пытаться вытянуть из Джулиана то, что он знает о Кэти. Но вместо этого я здесь, играю героя для женщины, которую едва знаю. Я ничей, блядь, герой.

Но я все еще жду снаружи, волнуясь, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, прежде чем уйти. У нее была адская ночь.

Через несколько минут она выходит из туалета в черных брюках и белой рубашке, ее золотисто-рыжие волосы собраны в свободный пучок, челка лежит чуть выше глаз. И, Иисусе, даже после всего этого она все равно выглядит так, будто сошла с экрана какого-то фильма.

– Как тебя зовут? – Мой вопрос звучит резче, чем я хотел, но она только устало усмехается.

– Без «ты в порядке?»?

Она держится лучше, чем я ожидал. Я изучаю ее, выискивая признаки того, что она вот-вот сломается, но их нет. Крепкая девочка. – Ты, очевидно, в порядке. Ты не такая бледная, как раньше. Теперь скажи мне свое имя.

Она прищуривается. – Я не уверена. Что-то подсказывает мне, что ничего хорошего не выйдет из того, что ты узнаешь мое имя, так что, возможно, мне не стоит его говорить.

– Я уже знаю, что ты Лени. Я мог бы просто пойти к твоему боссу и попросить полное имя. – Я дергаю большим пальцем в сторону коридора, где Фред, вероятно, все еще зализывает раны. – Возможно, он не очень доволен мной после того, как я с ним поговорил, но он скажет мне все, что я попрошу. – Он был бы слишком напуган за свой бизнес, чтобы поступить иначе.

– Как ты с ним поговорил?

– Скажем так, я дал ему понять, что он нарушает закон из-за того, как он разговаривал с тобой.

Она, кажется, не удивлена и не злится, что я подслушал ее разговор с боссом. Она просто смотрит на меня озадаченно. – У тебя комплекс спасителя, да?

Хотя у меня была похожая мысль ранее, я усмехаюсь от удовольствия, думая, что она шутит. Но она даже не улыбается. – О, ты серьезно? Ну, меня еще никогда не называли героем.

Теперь она смеется.

– Не знаю, почему нет, – говорит она с ироничной усмешкой. – Спасибо за сегодняшний вечер, Ромео. – Она поворачивается, чтобы уйти, затем останавливается и оглядывается. – Меня зовут Шарлин Барлоу, но обычно я отзываюсь на Лени.

Шарлин. Лени больше ей подходит.

Она чудаковатая, забавная, сильная – и с чертовски хорошей головой на плечах, несмотря на обстоятельства, которые привели ее к разливу напитков на вечеринках богатых людей. Я смотрю на дверь в конце коридора долго после того, как она исчезла за ней, затем расправляю плечи и заставляю себя вернуться в бальный зал.

– Где, черт возьми, ты был? – спрашивает Джулиан в тот момент, когда я встаю рядом с ним, его глаза изучают мое лицо.

– Извини, нужно было уладить кое-что срочное. – Мой взгляд встречается со взглядом Карло, и он сразу отводит глаза. Я усмехаюсь. – Что случилось с вашим носом, мистер Бенини?

– Он упал с лестницы, – отвечает Джулиан, его голос плоский, полный неверия. – В любом случае, человек, которого я хочу тебе представить, здесь. – Он подает сигнал кому-то позади меня, и я с нарастающим ужасом следую за его взглядом.

Молодая женщина отделяется от круга безупречно ухоженных светских львиц и скользит к нам. Я полагаю, ее можно было бы считать красивой, если ты любишь традиционную красоту – прямые темные волосы, хорошенькое лицо, все правильные пропорции.

Я не смотрю достаточно долго, чтобы перечислить ее черты. Мне не интересно.

– Ромеро, это Арианна ДеМарко. И я говорю это не потому, что она моя дочь, но она самая красивая женщина здесь.