Колоноскопия звучит более привлекательно, но я выдавливаю из себя улыбку.

— Обязательно.

Джози бросает на меня взгляд, снимает с себя куртку, вешает ее на спинку кресла, затем встает и идет в дом, к своему мужу. Оставшийся без ответа вопрос повисает в прохладном воздухе, и, возможно, я всегда буду задаваться вопросом, каким был бы ее ответ. Я с шумом выдыхаю морозный воздух и смотрю вниз на осколки бокала, все еще лежащие под моими ногами. Я наклоняюсь, чтобы собрать их, и складываю острые кусочки в ладонь. Затем сжимаю кулак. Не так сильно, чтобы пошла кровь, но достаточно сильно, чтобы было больно. Я поворачиваю голову к стеклянной двери и заглядываю внутрь, наблюдая, как Бенджамин целует Джози в щеку, надевая пиджак. Эмметт стоит в стороне и с вожделением смотрит на Джози, пока она натянуто улыбается мужу и поправляет воротник его рубашки.

Я снова смотрю на стекло в своей руке.

Счастлив ли я?

Похоже, на этот вопрос у меня тоже нет быстрого ответа. Я мог бы быть счастливее, и, возможно, так и будет – возможно, я наконец-то стану безгранично счастлив в тот момент, когда отомщу Бенджамину Гранту, и он, и Джози навсегда исчезнут из моей жизни.

Может быть, тогда я смогу с уверенностью сказать: «Да, я счастлив».

——————————

Уже немного за полночь, когда я укладываю Саммер в постель, накрываю одеялом ее плечи и глажу ее по волосам. Ее веки трепещут, когда я встаю на колени рядом с ней и целую ее в щеку. Затем я шепчу ей на ухо: — Бомба правды?

Саммер наполовину спит, но открывает глаза, чтобы полностью сосредоточиться на мне.

— Всегда. — Ее голос хриплый и сонный, но она внимательно смотрит на меня, пока я провожу большим пальцем по ее щеке.

— Ты – лучшее, что есть в моей жизни, зайка. Ты – мое счастье.

Она улыбается, зарываясь глубже в одеяло, ее глаза закрываются.

— Я люблю тебя, пап.

— И я тебя люблю.

Я еще раз целую ее, встаю и иду в спальню. Устроившись под одеялом, я тянусь за телефоном, чтобы отключить звук, и тут замечаю пропущенное сообщение от Джози. Я открываю его и вижу, что это еще одно видео. Я нажимаю на кнопку воспроизведения.

У меня замирает сердце, когда я наблюдаю за происходящим. Джози сидит на песке, скорее всего, на берегу местного озера, а Оливия прижалась к ней, положив голову на плечо матери. Джози играет на гитаре, и ее голос сливается с осенним ветерком, словно они единое целое. Я не узнаю песню, поэтому предполагаю, что она написала ее сама, и это еще больше затягивает меня. Я прибавляю громкость и откидываюсь на изголовье кровати. Большую часть времени Джози поет с закрытыми глазами, но иногда на ее губах появляется улыбка, и тогда я тоже улыбаюсь, растворяясь в моменте вместе с ней. Оливия чертит пальцем по песку, а Джози смотрит в небо с такой широкой и трогательной улыбкой, что мне кажется, будто она вот-вот заплачет.

Она поет для звезд.

Мелодии проникают в меня и наполняют чем-то, что я не могу до конца объяснить. Когда ее пальцы берут последний аккорд, она заметно вздыхает, не сводя глаз с неба. Затем Джози откладывает гитару и поворачивается к камере, улыбаясь в объектив и завершая видео.

Я замечаю последнее пришедшее сообщение, поэтому прокручиваю немного вниз и читаю слова, от которых мое дыхание застревает в горле.

ДЖОЗИ: Не сдерживаюсь.

16

16

——————————

Наступили выходные перед Хэллоуином.

У нас с Логаном и Эмбер всегда была традиция наряжаться и ходить по местным барам. Ночь Хэллоуина я посвящаю своей дочери, пока она не станет слишком взрослой, чтобы ходить по домам и выпрашивать сладости. Когда этот день настанет, я буду тем странным одиноким мужчиной в нелепом костюме, который будет раздавать конфеты, возможно, пьяный, и вспоминать старые добрые времена, когда моя дочь была одета как балерина.

Но выходные перед Хэллоуином – для веселья и друзей.

И, надеюсь, для женщин, потому что, блядь… мне нужно перепихнуться.

Логан и Эмбер чокаются бокалами, произнося тост за что-то совершенно случайное, как они обычно и делают. Сегодня это – саганаки.

— За восхитительный, дымный аромат горящего сыра.

— За саганаки. Лучшую закуску.

— Единственную закуску.

Я качаю головой, глядя на них. Они нарядились Франкенштейном и его невестой-металлисткой. Немного клише, но вполне уместно, учитывая их недавнюю помолвку. В этом году я позволил Саммер выбрать мне костюм на Хэллоуин, и она решила, что я буду шеф-поваром. Она даже сделала мне бейджик с надписью: «Всемирно известный создатель спагетти». Я поискал в «Гугл» мужские костюмы поваров и до сих пор не оправился от результатов поиска, так что на мне буквально просто черный фартук поверх повседневной одежды, а в руках – деревянная ложка. Лучше бы я ее не брал, потому что Логан постоянно ее ворует, чтобы шлепать Эмбер по заднице, и на наш столик уже начинают коситься.