— Им нужно доставить каждого из крестоносцев, — отвечает Итан.

От шока меня бросает в дрожь, когда я начинаю понимать, что все совсем не так, как мне твердили с самого рождения. Сначала мятежники, а теперь еще и ищейки?

Мой голос срывается от напряжения, когда я спрашиваю: — Так это не девианты убили остальных крестоносцев?

— Нет. Ищейки работают на эмиссаров, — отвечает Итан, и впервые его лицо искажает гнев.

В который уже раз я просто в шоке.

В какой мир меня вообще послали, если здесь девиант должен защищать меня от людей, называющих себя мятежниками и ищейками?

Есть ли хоть капля правды в том, чему меня учили, или все это – сплошная ложь?

Глава 8

ГЛАВА 8

ДЖАЙ

Второй прыжок дается легче, я не промахиваюсь мимо здания, но Ченсу все равно приходится помогать мне забраться. Мне также удается не вцепиться в него, как перепуганной трусихе, коей я и являюсь.

К четвертому прыжку я, кажется, начинаю понимать, как нужно вытягивать тело и держать руки. А вот с приземлением дела обстоят хуже. Ладони стерты, и я уверена, что правое колено кровоточит после того, как я ударилась им о крышу во время последнего прыжка.

Хотя мужчины ничего не говорят, а меня учили, что это неправильно, я горжусь собой. Это грех, но я ничего не могу с собой поделать. Мне удалось совершить то, что я даже не считала физически возможным.

— Нам нужно прыгнуть в то здание, — говорит Ченс, указывая вниз и немного правее.

Вся моя гордость улетучивается, когда я вижу пролом, на который он указывает. Он большой, но, даже наклонив голову набок, я не вижу ни единого шанса туда допрыгнуть.

Я просто размажусь по стене.

Встревоженная, я осматриваю здание в поисках другого пути.

Я могла бы допрыгнуть до крыши и спуститься вниз.

— Я знаю, что не допрыгну, — произношу я, и мой голос звучит уже не испуганно, а решительно. — Я прыгну на крышу и спущусь оттуда.

Надо же. Прошлым вечером я разглядывала своих светящихся рыбок, а теперь перепрыгиваю пропасти между зданиями. Все это кажется таким сюрреалистичным.

Мы двигаемся в том же порядке: Ченс, затем Аарон. Аарон едва не срывается, и я задерживаю дыхание, когда Ченс хватает его за футболку и рывком втаскивает внутрь. Итан делает глубокий вдох и срывается с места. Я не дышу до тех пор, пока он не приземляется и не вкатывается в пролом.

На этот раз на крыше нет никого, кто мог бы меня поймать или помочь.

Я отхожу назад, дальше, чем в предыдущие разы, чтобы лучше разогнаться. На секунду закрываю глаза и делаю глубокий вдох, а затем медленно выдыхаю.

Хуже первого прыжка уже не будет. Ты справишься.

Я разбегаюсь и отталкиваюсь от края крыши. Сердце отсчитывает секунды, пока я с силой не падаю на соседнюю крышу, приземляясь на плечо. Я перекатываюсь на живот и поднимаюсь, а на лице расплывается широкая улыбка.

Охренеть можно, я это сделала!

Пьянящее чувство пробегает по телу, пробуждая к жизни каждое нервное окончание.

Я сделала это сама.

Зная, что мужчины ждут меня, я подхожу к краю крыши и смотрю вниз. Здесь очень высоко, и у меня кружится голова. На мгновение мне кажется, что здание раскачивается, и от этого внутри все сжимается.

— Джай, — оклик Ченса возвращает меня к моей нынешней проблеме. — Спускайся.

Расстояние слишком велико, чтобы я могла повиснуть на краю и забросить тело в пролом.

— Джай, — произносит он гораздо мягче.

Я вижу Ченса, наполовину высунувшегося из дыры в стене, прямо как тогда на лестнице, только сейчас он держится одной правой рукой.

Через что нужно пройти, чтобы стать таким смелым и сильным?

— Просто спускайся. Доверься мне. Я тебя поймаю.

Ченс до сих пор сохранял мне жизнь во время нашего пути.

Я ложусь на живот и сантиметр за сантиметром сползаю за край, пока не повисаю на локтях. Собственный вес тянет меня вниз, и локти впиваются в бетон. Ноги отчаянно ищут опору, но на голой стене здания ее просто нет.

Футболка задралась, и кирпичи холодят голую кожу на животе.

Черт.

— Доверься мне и отпусти руки. — Голос Ченса звучит по-доброму впервые с момента нашей встречи. — Я тебя поймаю.

Он помог мне подняться по лестнице.

Он вытаскивал меня после прыжков.

Он не даст мне упасть сейчас, не после всех этих усилий.

Я поднимаю взгляд и вижу тысячи огней, которых не замечала раньше. Они мерцают и подмигивают мне. Это мгновение кажется сном.

Надо же, я никогда не видела ничего прекраснее.

Я отпускаю край и, не сводя глаз с мерцающих в небе огней, падаю вниз.

Пока я лечу вдоль стены, кирпичи царапают руки и живот. Внезапно чья-то рука обвивается вокруг моих бедер, и я чувствую горячее дыхание на своем животе. Затем меня рывком тянут вперед, и я больно ударяюсь лбом о верхний край проема, когда меня втаскивают внутрь здания.

Зрение затуманивается, и огни в небе исчезают.