– Где это? – снова спрашивает Алик. Нидроид 109 сопливый, носом шмыгает от отходов и холода, да у меня и у самого нос ручьём течёт.

Я молчу, но замечаю, что терпение – не самая сильная сторона этого парня. И думаю, уже не в первый раз: да как я вообще здесь оказался? Сидел бы дома со своей девушкой перед тёплым камином, с нетерпением ожидая когда мы уже займёмся любовью, а я тут, болтаюсь с кучкой отморозков, которым плевать на всё, кроме наркоты. Эти деньги… для них это просто купоны на выдачу этого дерьма, которое они толкают по своим венам…

А я не один из них… нет… еще разок, чтобы снять напряжение, и завязываю. Стопудняк.

– Где!

– Уже рядом, – говорю я.

У Монни глаза на лоб лезут. На нём какая-то убогая подделка футболки «Хибс», у них три сезона назад эта форма была, а поверх – тоненькая куртка. Ему холодно. А вот на Линдоне большое пальто. Он почти всё время молчит, только иногда рассказывает про курс, который проходил в Нейпьере, и что он скоро туда вернётся.

А Алик этот – в дурацкой старомодной дублёнке, ну прям футбольный тренер, только ноет и ноет своим гнусавым, пронизывающим до костей, голосом. – Затащил нас сюда… а сам нихуя не знает, где это…

Беда в том, что он-то, по сути, прав. Я не уверен, что это именно тот самый большой холм, за которым зарыто, – может, другой, повыше, потому что до этого мы как-то слишком быстро добрались. Закопал так, чтобы никто и никогда не нашёл… а теперь и сам не найду!

– Где! Где они?

Ну и голос у этого Алика, чувак… Где это, где деньги…

Да что я вообще здесь делаю? Как я сюда попал? Зачем потянул этих котов… зачем я вообще рот раскрыл, что закопал здесь две сотки? Здесь же больше двух тысяч… они это увидят… блин…

Гера… героин тащит тебя во все эти странные и жуткие места…

…мне нужны мои деньги… я плутаю по холмам, и теперь меня колотит не только от холода – каждая клетка начала вопить об отраве, лишь бы снять боль…

– Ну чё за хуйня, Спади, – говорит Мони.

– Оно здесь, – говорю я, пытаясь поднять настроение, – там, на холме!

Мы взбираемся за другой холм.

– Ну и где же? – Алик трясётся, вцепившись в лопату, ту самую, которую я так и не вернул Второму Призу.

– Вот тут… – показываю на место, но сам не уверен… здесь нет того большого камня, который был тут для отметки… может, его кто передвинул, типа…

Алик смотрит на меня и качает головой. Он снова начинает копать. Вскоре появляется глубокая яма.

– Не, не так глубоко было… попробуй там, – и я указываю на другое место. – Или дай я копну, – говорю я, протягивая руку за лопатой.

Но он просто отдёргивает её и снова начинает копать.

Мони и Линдон спорят о футболе.

– Да ну нельзя ж брать педофила в тренеры, – говорит Мони. – Даже в любительские лиги.

– Да, типа, но пацан-то своё отсидел. Очистил прошлое, – отвечает Линдон. – Высококлассный тренер. Лицензию в Ларгсе 110 получил, всё такое.

– А в реестре сексуальных преступников всё равно остался. Так что он не пригоден к работе с молодёжкой.

– Не… ну своё-то он отсидел.

– Да ты гонишь! Он пожизненно в реестре!

– Так он же уиджи 111, – говорит Линдон. – Ну, Эрширский.

– И чё?

– Они не особо парятся за совращение детей, ну типа, для этих мудаков это в порядке вещей. Они ж в муниципалках ютятся, жопа к жопе, и всё такое.

– И чё? У нас-то тоже люди в муниципалках живут: Лит, Горджи, Толкросс, Саут-Сайд… но мы ж не педофилы!

– Ну они-то – уиджи, типа…

Оглядываюсь, и замечаю рядом ещё одну глубокую яму. Ох уж этот Алик, мужик: Нидроид – прирождённый работяга, иначе не скажешь.

Вдруг он поворачивается ко мне, красный, трясётся весь. – Ты затащил нас сюда сокровища, блять, искать, как детей малых! За призраками гоняться, ёпта!

Чесслово, я уже сыт по горло. – Ты хоть определись.

– Чё?

– Сокровища ищем или за призраками гоняемся? Не можем же мы одновременно-

Слышу свист воздуха около уха, звонкий удар по голове сбоку, всё темнеет, и я чувствую, что падаю на грязную траву с краю тропинки…

…смотрю вверх, но встать не могу. По глазам Монни и Линдона я понимаю, что Алик отоварил меня дедушкиной лопатой Второго Призёра… – Ну чё, нашёл, долбоёбина? – он стоит надо мной, всё лицо перекошено.

– ПОШЁЛ НАХУЙ ОТСЮДА! – Монни пихает его. Походу, сейчас они сцепятся, они почти нос к носу, но Линдон вклинивается между ними…

…чувак, меня тошнит…

Я вроде слышу, как Линдон говорит, что знает одного типа, у которого может быть дозняк, и они все уходят. Монни перед этим оглядывается на меня, лежащего на земле, и качает головой. – Столько приключений на мою сраку из-за двух сотен… ёбаный ты Уолтер Митти 112, Спад!

И он уходит… покидает тонущий корабль вместе с остальными крысами… ну и кореша, да уж, но вся эта история с Марком уже научила меня, что кореша-наркоманы – это ненастоящие кореша…