– Я рада, что ты подтолкнул меня дать ему отпор!

– Что ж, ну а я просто в восторге, что ты обозначила папочке допустимые границы. – я оставляю её наедине со своими задачами и возвращаюсь на кухню, чтобы спокойно насладиться завтраком.

Разумеется, хорошего без плохого не бывает. проблема растущей самоуверенности Аманды и её отдаления от семьи в том, что она всё больше начинает интересоваться моей работой. Пока Бенджи сухой, временно свободный от фекалий и уютно уложен, она приходит ко мне, чтобы выпить кофе, и поднимает заезженную тему. – Я уже познакомилась с твоей семьёй в Шотландии, но никогда не видела твоих здешних коллег.

– Они могут показаться тебе странноватыми, – я доливаю кружку из кофейника, внезапный залп града барабанит по оконному стеклу. Я отпиваю глоток, наслаждаясь его резкой, терпкой горечью, при этом на удивление мягкой для горла и желудка. Целую кончики пальцев. – Perfecto.

Этот итальянский кофе добротно распушает шерсть на яйцах в столь холодное утро.

Аманда плюхается в кресло. Оно слегка поскрипывает. Ей придётся вернуть свой рабочий вес и нокаутирующе-ебабельный статус, чтобы выглядеть на все сто в том платье следующим летом! Конкуренция беспощадна. Все подружки невесты худющие, как рельсы, за исключением одной ширококостной, вечно терпимой толстушки, которую эти мажорки держат в своём кругу лишь для жестоких девичьих забав. – Ты же сам всегда говоришь, что издательство и кинопроизводство для взрослых ничем не отличаются от любых других видов деятельности.

– Ну, и да, и нет.

В некоторой степени, я решил выложить карты на стол, по капле добавляя в общий котёл готовой легенды с производством свадебных видео, проекты по съемке порно, во имя помощи своим сомнительным, но добросовестным друзьям. Поначалу это взволновало Аманду, но материнство пробудило в ней ранее подавленный педантизм. Она стала менее восторженной, когда я сказал ей, что эта работа куда прибыльнее и может быть постоянной.

Однако, эта крупица откровенности была необходима. Свадьбы и крестины хорошо прикрывают мою ночную деятельность в отеле Финсбери-Парк, но не могут объяснить дневную работу. Я выкрутился, напиздел с три короба о своей причастности к миру спорта, сказав Аманде, что в дневное время я снимаю тренировки для «Брентфорда»,«КПР», «Фулхэма», «Ориента» и, конечно же, «Шпор», где у Тони есть ложа. Добротная легенда, в которую посвящены он и Лоуренс.

К сожалению, магазин Тони находится менее чем в десяти минутах ходьбы от офисов «Грандчестер, Льюис и Горст», прямиком через Оксфорд-стрит. А это значит, что когда Аманда в следующем месяце выйдет из декрета, визит на моё место работы неизбежен. Если не можешь предотвратить событие, остаётся только принять его и попытаться управлять последствиями. Больше откладывать это не получится.

На следующее утро мы оставляем Бена с Басей, польской няней (ещё одно послабление для подготовки к её возвращению на работу, которое Мэндс вытрясла с Джулии Конингсби) и, нервно озираясь, направляемся в «СОХО – САЛОН ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ: КИНО И ЛИТЕРАТУРА».

Об отеле Андреаса и речи не идёт: она ни за что на свете не должна увидеть этот вонючий бордель. Её внимание мгновенно приковывает широкий ассортимент литературы, как популярной, так и порнографической. Аманда улыбается, здороваясь с мускулистым краснолицым владельцем заведения в белой рубашке с золотыми цепями.

– Добро пожаловать в чертову дурку!

– Вы, должно быть, Тони!

– А ты, должно быть, Мэнда, лучшая ваша половинка! – Тони ревет от восторга. – Я слыхал, что у нас тут есть повод для поздравлений!

– Спасибо, ему уже почти пять месяцев. Летит же время, – замечает она, протягивая Тони для ознакомления свежий полароидный снимок. Вероятно, самый чистый из всех, который когда-либо видели его выпученные глаза за всю карьеру псевдопорнобарона.

– Хорошенький, – раздувается он от гордости, заявляя: – Вот тут ты права, насчёт времени. Наслаждайся, пока можешь, – вот мой совет. Они слишком быстро растут, – и ему не удаётся удержать голос от срыва в горькое сожаление. – Особенно когда есть некоторые личности, которым лучше остаться безымянными, – смотрит на меня, – которые пытаются сделать так, чтобы ты пропустил всё лучшее в их взрослении. Впрочем, это уже другая история.

Да если бы это было так. Я вынужден слушать эту хуйню постоянно. У Тони ограниченный доступ к детям, которых он заделал от своей бывшей – Глэд. И слава богу, Глэд свалила от этого мудака. А вот его семилетний ребёнок от нынешней телки Лил – совсем другое дело.

Пока что.