— И вообще, — продолжила Нив, — если вы любите друг друга, какое всё это имеет значение?

Щёки вспыхнули ещё сильнее.

— Я не знаю, люблю ли его. Он мне очень дорог, но разве не слишком рано?

— А кто устанавливает сроки? Иногда просто знаешь — неважно, как… э-э… долго вы вместе.

Я закатила глаза.

— Ты хочешь сказать, что любишь Максанса?

Теперь покраснела она; воздух вокруг неё окрасился розовым. В сознание хлынули образы Максанса, каким его видела Нив. Максанса, который составлял ей компанию теперь, когда меня почти не бывало рядом. Максанса, который рассказывал о своём одиноком детстве на юге и о том, почему хочет стать сенешалем: оказывается, чтобы доказать отцу, что тот ошибался насчёт него. Максанса, который держал её за руку во время совместных «поручений» в городе.

У меня отвисла челюсть.

— Правда?

Она тихо хихикнула и кивнула.

— Пожалуй, да.

— Нив! — воскликнула я и сжала её руку. — Начинаем готовиться к свадьбе?

— Нет, — со смешком возразила она; глаза сияли. — Во всяком случае, пока он не познакомится с мамой. Как думаешь, он ей понравится?

Я улыбнулась.

— Ученик сенешаля наверняка мастер светской беседы. Думаю, они прекрасно поладят.

— Хватит о любви. Как тренировки? Ты уже великая ведьма?

Я простонала.

— Пока нет. Принц сводит меня с ума.

— Да?

— Он нетерпеливый, высокомерный и, кажется, твёрдо решил заставить меня его возненавидеть.

— Получается? — хихикнула она.

Я замолчала и прищурилась.

— К чему ты клонишь?

— Не знаю. Звучит как-то… возбуждающе.

— Вот Мордрик — возбуждающий, — возразила я. — Он, между прочим, спас меня от убийцы, ради всех богов.

Она ухмыльнулась. — Знаю.

— Всё, — раздражённо сказала я и отобрала у неё бутылку. — С тебя хватит.

— Нет! — взвизгнула она. — Я совершенно трезвая.

— Ой, да конечно. Ещё немного — и придётся звать Максанса, чтобы он забрал тебя отсюда.

— Перемирие? — Она запустила в меня виноградиной. Я остановила ягоду в воздухе и закрутила по комнате.

Я улыбнулась.

— Перемирие.

 

Перевод выполнен каналом

 

Глава 11

Воспоминания мелькали перед глазами так быстро, что разболелась голова. Мама кружит меня по кухне, её смех разносится по нашему дому. Джем ломает нос Якобу Фостину за то, что тот толкнул меня возле школы. Нив торопливо зашивает разорванную о торчащий гвоздь юбку; игла бешено мечется по подолу — лишь бы миссис Кэтерс не вычла деньги из моего жалованья.

Нет.

Паника стиснула меня, когда проступила другая сцена. Дым щипал ноздри. Грязь пропитывала тонкую ткань юбки. Я напряглась всем телом, отчаянно пытаясь вытолкнуть его влияние из своего сознания. Мир вокруг задрожал и закружился.

Страх лишь затягивает путы, — эхом прозвучал в голове голос Энхарта.

Раздался всхлип. Я обхватила ладонями затылок старухи, и пальцы стали липкими от её крови.

Нет, — снова подумала я. Только не здесь.

Стены задрожали и рухнули, уступив место тьме. Я открыла глаза — и снова оказалась во дворе. Грудь ходила ходуном, будто из меня выбили весь воздух.

Я вскинула голову на чей-то стон. В нескольких шагах принц лежал, растянувшись на каменных плитах.

— Чёрт, — выдохнула я.

Энхарт неторопливо поднялся и стряхнул пыль со свежевыстиранной одежды.

— Вежливым это не назовёшь.

— Я… простите, — я запнулась, готовясь к выговору.

— Для двора совершенно не годится, — продолжил он. — Не стоит посреди заседания совета отправлять кого-нибудь в полёт через всю комнату.

Я кивнула, не зная, куда деть руки, и сцепила пальцы.

— Знаю.

— А окажись я моим братом, вы бы уже сидели в железной клетке.

Извинения застряли у меня в горле.

— Не думаю, что Мордрик бросил бы меня в темницу, — возмутилась я.

Он пожал плечами.

— Возможно. Но на вашем месте я бы больше опасался Анселла. Он очень ревностно оберегает короля.

Я прочистила горло.

— В любом случае, грубая сила, хоть и лишена изящества, работает. Нам это пригодится на следующих занятиях.

— На следующих?

— Надеюсь, вы не забыли: после того как освоите ментальную магию, останутся ещё два направления.

Я беспокойно заёрзала.

— Боитесь, что они окажутся ещё сложнее ментальной магии, раз на неё ушло столько времени, — заметил принц.

Я резко посмотрела на него.

— Вы…

— Да. Я слышу мысли, которые вы не решаетесь произнести вслух. Но только потому, что, вышвырнув меня из головы, вы опустили барьеры, над которыми мы так старательно работали.

Я тихо выругалась.

— Прекрасно. — Барьеры тут же намертво встали на место. — Мы занимаемся этим уже несколько недель, и я понятия не имею, как успею освоить все три принципа до солнцестояния.

— У меня есть теория, — сказал Энхарт.