— С Максансом? Просто… наверстывали упущенное.

Он улыбнулся, но глаза остались серьёзными.

— Вы друзья? Или, быть может, не только?

Я не удержалась от фырканья.

— Простите, — сказала я, прикрывая рот ладонью, пока он хмурился. — Между мной и Максансом ничего такого нет. Ни капли. Более того, я почти уверена, что он ухаживает за моей лучшей подругой.

Мордрик шумно выдохнул.

— Я рад это слышать. Признаюсь, я довольно собственнически отношусь к вашей привязанности.

Сердце дрогнуло.

— Поверьте, ни к кому другому я не привязана.

В его глазах вспыхнул огонёк.

— Хорошо.

Он заправил выбившуюся прядь мне за ухо, провёл пальцами по линии челюсти к подбородку. Там, где он касался, кожа покрывалась мурашками. Я подалась к нему; наши губы замерли в нескольких дюймах друг от друга. Когда они наконец встретились, поцелуй оказался жадным, почти ненасытным. Я охотно отдалась ему, и неприятное воспоминание о последней стычке с Энхартом растаяло без следа.

Когда мы разомкнули губы, на лице Мордрика появилась улыбка.

— Этого должно хватить, чтобы пережить остаток этих богами проклятых совещаний, — прошептал он.

— Рада быть полезной, — ответила я, и вампир тихо рассмеялся.

Рядом с Мордриком возник паж и начал нервно переминаться с носка на пятку.

— Виконт Харринг, Ваше Величество. — В подошедшем вампире я узнала мужа женщины, с которой, по словам Веспер, она спала.

Он поклонился.

— Ваше Величество.

— Сирил. — Мордрик широко улыбнулся и так хлопнул долговязого вампира по спине, что у того чуть не подогнулись колени.

— Прошу уделить мне минуту, Ваше Величество, — сказал виконт, недовольно покосившись на меня.

Я уже собиралась откланяться, когда Мордрик повернулся вслед за виконтом, но вдруг протянул руку и увлёк меня с собой.

— Идёмте в мой кабинет.

— Конечно, — ответил виконт, следуя за нами тенью. — Хотя я вынужден настаивать на разговоре наедине.

Мордрик не ответил и провёл нас обоих в просторный кабинет. Комната была тёмной и строгой: под большим окном стоял тяжёлый ореховый стол. За стеклом, поверх дворцовых стен, тянулись сосновые леса, укрывавшие предгорья. В воздухе едва ощутимо пахло свежими чернилами и розами — тот самый знакомый аромат, который всегда сопровождал Мордрика. Когда он опустился в кресло, я невольно подумала, что даже за письменным столом он будто сидит на троне.

У меня перехватило дыхание, когда он взял меня за руку и притянул ближе. Я с усилием отвела взгляд к аккуратным стопкам писем на столе — все были написаны одним почерком.

— Вы не пользуетесь услугами писца? — догадалась я, наклоняясь через его плечо.

— К великому неудовольствию моего сенешаля, — подтвердил он. — Я всегда считал, что корреспонденция, влияющая на судьбу государства, должна быть написана рукой самого короля.

— Вот откуда чернильные пятна, — сказала я, переворачивая его ладонь. На фарфоровой коже и правда чернели знакомые кляксы.

— Уверен, дело, с которым вы пришли, можно обсудить и при мисс Эррамун, — сказал он, наконец обращаясь к виконту Харрингу, который маячил всего в нескольких шагах от края стола. У меня запылали щёки: я почти забыла, что он здесь.

— Что на этот раз? — продолжил Мордрик. — Опять потеряли где-то по реке партию шафрана?

— Боюсь, я снова вынужден настаивать на частной аудиенции, Ваше Величество, — ответил вампир, задрав нос.

— А я снова вынужден отказать, потому что ваше присутствие начинает меня утомлять, — холодно произнёс Мордрик. — Говорите прямо или уходите.

— Неужели вы действительно считаете уместным обсуждать дела при ней? — Виконт указал на меня.

Глаза Мордрика сузились.

— А почему нет?

— Потому что она… она же служанка, ради всех богов.

Король застыл, и комнату накрыла тяжёлая тишина. Её нарушал лишь треск углей в камине. Глаза лорда Харринга расширились — словно он слишком поздно понял, что сказал. Даже не прибегая к магии, я физически ощущала недовольство Мордрика.

— Вы ставите под сомнение моё решение? — наконец спросил он, и в голосе звучал яд. Я замерла, почти не дыша.

Виконт вытер бисеринки пота со лба.

— Разумеется, нет, Ваше Величество.

— Вы уверены?

— Да, Ваше Величество. Я неудачно выразился.

Король смотрел на него, как лев перед нападением.

— Неудачно выразились?

— Именно так, Ваше Величество.

— Хорошо. Потому что, если бы вы сейчас не пытались столь неубедительно взять обратно свои неосторожные слова, я мог бы решить, будто жалкий виконт, неспособный удержать рядом даже собственную жену — не говоря уже о бесполезной партии шафрана, — считает себя умнее своего короля.

Вампир поклонился так низко, что едва не коснулся носом пола.

— Прошу прощения, Ваше Величество, — произнёс он дрожащим голосом.