— Будь я Вареном, — произнёс он, — тебя бы уже здесь не было.

Он сказал это так, словно ему требовалось напомнить нам обоим, зачем мы здесь.

— Но ты не он.

— Нет, — ровно согласился он. — Не он.

Я начала двигаться — медленно, осознанно. Упёрлась пяткой в мат и повернулась ровно настолько, чтобы вывести его из равновесия. Его тело накренилось, и одним неловким, инстинктивным движением я перевернулась на спину, зажав его между коленями.

Он успел удержаться надо мной, упершись ладонями в мат по обе стороны от моей головы. Наши груди поднимались и опускались почти в идеальном ритме.

Никто из нас не произнёс ни слова.

Его лицо было так близко, что я различала едва заметный шрам над бровью, напряжённую челюсть и отблески света в глазах, словно пламя отражалось в стали.

Мне следовало отпустить его. Рассмеяться. Сказать какую-нибудь колкость, чтобы разрушить этот момент.

Вместо этого я прошептала:

— Ещё раз?

Его челюсти сжались.

Он кивнул.

И на этот раз действительно не стал меня щадить.

30. НЕСВЯЗАННЫЕ

«Разорвать связь — не значит забыть. Это значит помнить и не ломаться. Разорванное Кольцо всё равно должно чтить нити, которые когда-то связывало».

— «Кодекс Нитей», глава XIX: «О разрыве связи»

Мне стало лучше. Я чувствовала себя иначе. К концу ночи мне удалось настолько справиться со страхом, что я могла вырваться из захвата Нико, не теряя контроля над собой. А когда я вернулась, сон пришёл благодаря ноющим мышцам и уверенности в том, что в следующий раз всё будет иначе.

— Вот видишь, я знала, что чай сработает. — Захра расплылась в улыбке.

Я кивнула, прекрасно понимая, что она меня убьёт, если узнает, что на самом деле помогло мне уснуть. Я лежала на спине на мате, поправляя бинты на запястьях.

Боги, тело всё ещё ныло от усталости.

— Я, между прочим, прошлой ночью почти не спал. Спасибо, что спросили, — сказал Меррик.

Захра увернулась от его удара, и он недовольно хмыкнул.

— Стой смирно, чтобы я мог тебя ударить.

Вместо ответа Захра резко опустилась на пол и подсекла его. Меррик пошатнулся, но удержался на ногах и самодовольно ухмыльнулся ей.

— Ненавижу боевую подготовку, — пробормотал Каэль, сидевший рядом со мной.

— Какое парализующее средство лучше всего подойдёт для такого, как Меррик? — спросила я.

Его хмурое выражение тут же исчезло.

— Даже не думай отвечать, Теренци, иначе я не поведу тебя в «Фонарь» пускать слюни на Мейвена, — пригрозил Меррик, ткнув в него пальцем.

Я сморщила нос.

— Мейвен Корбин? Отмеченный Нитью из Четвёртого Кольца?

Щёки Каэля покраснели, и он опустил взгляд на мат. Фу. Этот парень был тем ещё мудаком, а Каэль заслуживал кого-нибудь получше. На втором курсе Мейвен безжалостно издевался над моими синими волосами.

А уж затаивать обиды я умела превосходно.

— Он не особо умный, — сказала Эрин. — Одни мышцы, ни одной мысли.

— Ненавижу этот разговор, — сказал Каэль.

Я легонько толкнула его.

— Но она права. На третьем курсе он даже не знал, как смешать бузину с волчьей погибелью так, чтобы ничего не загорелось.

— Иногда главное вовсе не то, что внутри, — пробормотал Каэль.

Я не выдержала и рассмеялась. Даже Эрин улыбнулась, а Меррик тем временем исподтишка ударил Захру в бок, пока та смеялась.

— Вот уж точно, — сказал Меррик.

— Ой, да замолчи. Лисинья идеальна и снаружи, и внутри, — сказала я.

Не знаю, когда именно она начала мне нравиться, но её жизнерадостность была заразительной, а сама она оказалась доброй. Но больше всего мне нравилось, как она подкалывала Меррика и быстро ставила его на место.

Взгляд Меррика метнулся к третьему ярусу зала Карет, где тренировалось Десятое Кольцо.

Эта секундная рассеянность дорого ему обошлась: Захра врезала кулаком ему в живот так сильно, что он судорожно втянул воздух.

— Сосредоточься, влюблённый мальчик, — сказала она.

Меррик потёр живот, пытаясь снова нормально задышать.

Я почувствовала его раньше, чем увидела. Он всегда был где-то на задворках моего сознания, и неважно, стоял между нами щит или нет.

— Все встали, — приказал он.

Ох, а голос у него был ещё бесстрастнее обычного.

Значит, он раздражён.

Каэль поднялся и протянул мне руку. Я приняла её, хотя каждая мышца в моём теле протестовала.

Нико впился в меня взглядом, словно что-то искал. За одно мгновение у меня возникло ощущение, будто он видит меня насквозь.

— Что случилось? — спросила я.

Он протянул письмо с печатью, которую я знала лучше собственного лица.

— Нас вызывают, — сказал он.

Живот скрутило. Ничего хорошего это не предвещало. Я вспомнила нашу последнюю встречу с Эларин. Как она сказала, что найдёт способ исправить то, что натворила. И насколько паршиво мне тогда было.