Приём анонсировали как небольшую вечеринку с закусками, вином и крепкими напитками в таунхаусе в Джорджтауне. Поводом было чествование аргентинского писателя, чью книгу об устройстве голландских амбаров XVII века в Новом Свете выпускало издательство «Потомак». Рэй Клэр, помощник редактора, обязана была присутствовать, а поскольку скоро выходила замуж, её жених не мог отказаться. Она пообещала, что они задержатся максимум на час, а потом отправятся в новый ресторан шри-ланкийской кухни, о котором она слышала.

Нэшу надоели вашингтонские коктейльные вечеринки с непонятным вином и невыносимой светской болтовнёй, а экзотические блюда, которые невеста будто задалась целью перепробовать все до единого, надоели ещё сильнее. Он постоянно предлагал отправиться в спортбар за куриными крылышками, но его мнение, похоже, никого не интересовало. Поскольку найти парковку на зелёных улицах Джорджтауна было кошмаром, Рэй Клэр заказала Uber и забрала его в 6:40 — на сорок минут позже обещанного. Её опоздания становились проблемой, но Стюарт пока сдерживался. Он мог выдержать что угодно до свадьбы, а затем, как он надеялся, до приключений в Париже. Домой он вернётся безвестным героем, готовым подписать бумаги о разводе.

В машине, застрявшей в пробке, они с трудом находили темы для разговора. Остановились на свадьбе: кто приедет, а кто нет. Его мать и сестру полностью отстранили от подготовки, и они обиделись. Мать и сестру Рэй Клэр тоже держали на расстоянии, но, кажется, тех это волновало меньше. Сама Рэй Клэр не была близка ни с одной и не беспокоилась об их мнении. Ей было тридцать два, она по-прежнему отличалась своеволием, и всё должно было быть по её правилам.

«Решительная» — ещё одно подходящее слово, считал Стюарт, и ещё одна причина убраться отсюда поскорее.

Глядя в телефон, она сказала:

— Похоже, будет около сорока пяти гостей. Идеально, правда?

Стюарту было совершенно всё равно. Он не хотел видеть друзей на свадьбе, чтобы через полгода не отвечать на тысячу вопросов. Сейчас он планировал получить деньги — сколько бы ни составила окончательная сумма — и исчезнуть на Карибах настолько надолго, насколько их хватит. Со шпионскими делами он покончил и к жизни юриста-бюрократа тоже остывал. Впрочем, перспективы добровольного заложника выглядели не лучше.

— По-моему, отлично, — сказал он как можно бодрее.

Машина была относительно новым седаном «Шевроле Малибу» с чересчур сильным освежителем воздуха, от которого резко пахло сосной. За рулём сидела азиатка лет тридцати, ещё не произнёсшая ни слова. Ловко петляя по узким улицам, она незаметно потянула шнур. Из спрятанного под сиденьем аэрозольного баллончика бесшумно начал выходить закись азота, быстро заполняя заднее сиденье. Водительница резко крутанула руль вправо и остановилась на подъездной дорожке.

Рэй Клэр напряглась:

— Что вы делаете?

Стюарт рявкнул:

— Эй! Что происходит? — Тут оба вдохнули газ. Он дёрнул дверную ручку, но детские замки были включены. Ударил по окну и закричал. Водительница ушла под приглушённые звуки с заднего сиденья. Рэй Клэр предполагала, что нападение вот-вот случится — часть тренировки, — но всё равно испугалась и удивилась, с какой лёгкостью их отключили. Она читала и изучала подробные отчёты Милли Шенген, Бет Снайдер и Челси Таннер, и её утешало знание, что все три женщины остались невредимы.

Рэй Клэр пришла в себя в кромешной тьме. На голове был туго завязанный плотный мешок, запястья связаны спереди. Руки и плечи ныли от долгого пребывания в путах. Сколько прошло времени? Понятия не имела. В комнате было жарко, воздух, которым она дышала, казался тёплым. Ей почудилось, что она задохнётся.

Просто часть подготовки, — твердила она себе. Они не могут меня убить. Я слишком ценна. Она снова и снова вспоминала рассказы трёх прежних невест, особенно последней — Челси Таннер.

Через коридор Нэш очнулся примерно в таком же состоянии. Когда голова немного прояснилась, он предположил, что снова находится на Ферме, но, прислушавшись, не услышал ни петушиного крика, ни тарахтения тракторов. И снова провалился в сон.

Казалось, время шло, хотя определить это было невозможно. Кругом ни звука — лишь его собственное тяжёлое дыхание с кислым запахом.

В камеру Рэй Клэр вошли две женщины и молча развязали ей руки и ноги. Ей хотелось что-нибудь сказать, хотя бы выразить недовольство, но она знала, что ответа не будет. Ругаться не имело смысла. Одна сорвала мешок, и Рэй Клэр с силой выдохнула. Темнота была густой, но постепенно она сумела разглядеть обеих, одетых во всё чёрное. Одна поставила на стол миску с хлебом и фруктами рядом с бутылкой воды. В точности как рассказывала Челси.

Нэш ещё не совсем проснулся, когда в его комнату вошли двое мужчин. Они не сняли ни оков с рук и ног, ни мешка, а вместо этого вкололи что-то ему в затылок и подождали, пока он снова не затих.

Семьдесят два часа ему не давали еды и почти не давали воды. Когда включился свет, действие препаратов закончилось и он смог свободно двигаться, его отвели по коридору в комнату. Там он сел за металлический стол и стал ждать неизвестно чего. Наконец вошёл мужчина с головы до ног в хаки, устроился напротив и улыбнулся.

— Как дела? — спросил он чересчур бодро для такой обстановки.

— Лучше не бывает.

— Сейчас вечер понедельника. Ты только что продержался семьдесят два часа без еды.