— Я должна в это верить. По-моему, это всего лишь промысел похитителей, и они захотят ещё денег. Мы им заплатим. Отдадим всё, что сможем выпросить, занять или украсть. Таннеры тоже.

— Но у Таннеров ничего не осталось, мам. Они потеряли всё. Теперь им придётся переезжать.

— Поможем им всем, чем сможем, Челси. Обещаю.

— Знаю, мам, спасибо. Поверить не могу в случившееся. А ты?

— Нет, Челси. Как дурной сон, только наяву.

Они снова взялись за руки и смотрели друг на друга сквозь слёзы.

— Есть хочешь? — спросила Джастин.

— Умираю с голоду.

В девять утра, как и обещал, агент Дайер позвонил Джастин: за ночь ничего нового не произошло. Парижское отделение ФБР встретилось с французскими властями, расследование началось. Полицейские во Франции и Бельгии получили фотографии Пола и рассылали их на тысячи телефонов и компьютеров. Интерпол ввели в курс дела, вскоре он должен был подключиться к поискам. Французские службы безопасности находились в состоянии повышенной готовности.

Дайер недолго поговорил с Челси, поблагодарил за вчерашнее многочасовое интервью. Она обещала позвонить, если вспомнит что-нибудь ещё. В ближайшие дни ФБР будет следить за устройствами семьи, надеясь на новые сообщения похитителей. Последнее письмо с ужасным изображением Пола удалось отследить до сервера в Белоруссии — одного из тысяч неподконтрольных сайтов, где преступники публиковали что угодно и действовали безнаказанно.

Сэм настоял на том, что поведёт машину, и они отправились по делам. Сначала в салон связи: целый час простояли в очереди, чтобы купить новейший iPhone. Когда Челси объяснила, что прежний украли в Европе, дотошный продавец едва ли не потребовал сначала перебрать все возможные способы поиска потерянного телефона. Настоящую причину обсуждать было нельзя, и Челси с помощью Сэма сумела от него отбиться и наконец перейти к покупке нового.

Оттуда они поехали в центр Вашингтона и остановились у её квартиры. Челси совсем не хотелось туда заходить, но выбора не было. Сэм предложил подождать в машине, она попросила пойти с ней. Хотя они с Полом прожили там лишь три месяца, это был единственный общий дом. Пол был повсюду: на счастливых фотографиях на тумбе и кухонной столешнице, на валентинках, прикреплённых к холодильнику, в пивных кружках с эмблемой «Редскинз», висевших на шкафчике, в старых кроссовках и теннисных ракетках, сваленных в корзину возле прихожей. Сэм не заходил в их спальню, Челси задерживаться там не стала.

Вернувшись в гостиную, она выдавила улыбку:

— Ну что ж, не так страшно, как я боялась. Рано или поздно придётся с этим столкнуться, так что в воскресенье я сюда вернусь. Насовсем.

— Правильное решение, сестрёнка.

После недели в родительском доме с Джастин и Лоуэллом Сэм тоже был готов вернуться в свою квартиру. Ему надоело сидеть, волноваться и ждать очередного звонка или письма. Он соскучился по работе за любимой барной стойкой, к тому же ему нужно было повидать начальника. Челси бывала там несколько раз и не отказалась бы от бургера с картошкой фри. Они приехали незадолго до полудня: заведение было пустым. Сэм показал на свой любимый столик и пошёл за стойку за напитками.

Он потягивал разливное пиво, Челси вертела в руках стакан с газированной водой.

— Так здорово тебя видеть, сестрёнка. Правда, мы несколько дней умирали от страха.

За это утро он говорил ей такое уже раза два.

— Я и сейчас боюсь, но дома всё-таки лучше. Не представляю, через что проходит Пол.

— И я. Но слушай, я вчера три часа просидел в комнате, ловил каждое слово твоего рассказа. Ты держалась крепко, Челси. И, должен сказать, по-моему, в ФБР умеют с такими делами обращаться. Ты слышала, как Дайер сказал, что почти все похищения американцев за границей кончаются благополучно. Всё дело в деньгах.

— Но Таннеры и так уже на пределе.

— Вот что, Челси. Я почитал истории в интернете. С другого компьютера, запасного, и с других адресов электронной почты, всё такое. Иногда государство тайно вмешивается и платит выкуп. Конечно, они это отрицают — приходится. Бьют себя в грудь, твердят, что никогда не ведут переговоров с террористами и всё прочее, а потом тайком договариваются. ФБР прекрасно об этом знает. Возможно, эти ребята скрывают свою уверенность, потому что так надо, но, по-моему, они вполне уверены в себе.

— Надеюсь.

Сэм отхлебнул пива, огляделся, словно за последние пять минут бар вдруг заполнился людьми, и сказал:

— И ещё что-то происходит. Ты заметила их реакцию, когда папа спросил, сталкивались ли они с таким случаем? Замялись. Дайер — профессионал, а замер, как олень в свете фар. Потом Стронг сказал «нет». Но он солгал. Им уже попадалось такое.

— Ну и что? Как это поможет Полу?

— Не знаю. Пока не разобрался.