— Джейсон записывает это? — спрашивает Энцо.

— Неважно. Я записываю. — Я киваю на свой телефон, и он криво улыбается.

— Это звучит серьезно. У вас есть временные рамки, когда это произойдет? — настаивает Джейсон.

— Ну, ничего конкретного пока. Но будьте уверены, что... — Остаток его слов обрывается, когда дверь распахивается, и несколько человек в гражданской одежде врываются внутрь с поднятым оружием.

— Встать! Руки вверх! — рявкает один из них.

— Ты заманил меня в ловушку? — рычит Сергей на Джейсона, который лихорадочно качает головой, его глаза широко распахнуты в замешательстве.

— Конечно, нет! Я не знаю, кто эти люди!

Сергей поднимается на ноги, и его люди следуют его примеру. Неизвестные захватчики повторяют свои приказы снова и снова, продвигаясь вперед. Сергей подает знак своим людям, и когда те тянутся к оружию, захватчики приближаются, пытаясь их обезоружить.

Я приподнимаю бровь. Зачем пытаться обезоружить их, если можно просто стрелять? Это не настоящее оружие?

— Ты за этим стоишь? — спрашивает Энцо.

— Конечно, нет. — Но это интересное вторжение.

— Тогда нам нужно уйти, пока нас не обнаружили. Мы не знаем, кто эти люди и что им нужно.

Я не отвечаю, слишком увлеченный разворачивающейся внизу схваткой. Эти захватчики хороши. Очень хороши. Их боевые навыки намного превосходят навыки людей Сергея — вероятно, потому что эти ублюдки слишком полагаются на оружие.

Один из людей Сергея умудряется выхватить оружие и стреляет в захватчика, который отшатывается. Стройная фигура, сражающаяся неподалеку, поворачивается на звук — роковая ошибка, которая дает их противнику открытие. Парень замахивается на отвлеченного бойца, почти попадая по голове, когда тот уворачивается. Удар приходится по челюсти, сбивая бейсболку.

Великолепные густые, пышные каштановые волосы рассыпаются по спине захватчика, когда кепка падает на пол. Затем боец поворачивается, и весь мой мир останавливается.

Эмилия.

— Черт, — выдыхает Энцо.

Я на ногах и уже бегу к окну, не успев подумать. Мое сердце колотится о ребра, когда осознание обрушивается на меня.

— НАМ НУЖНО УХОДИТЬ СЕЙЧАС, Рафаэль. Это плохо кончится, если гребаное ФБР узнает, что мы здесь. Они, должно быть, пришли за Сергеем или Джейсоном.

Нет. Она здесь ради Джейсона. Но они возьмут всех, кого смогут.

Я смотрю, завороженный, как Эмилия вгоняет колено в пах своего противника. Когда тот сгибается от воя, долетающего до нас, она бьет ребром ладони по его горлу, и он падает на пол без сознания.

Она не делает паузы, чтобы полюбоваться своей работой, уже переключаясь на следующую цель. И на следующую, эффективно выводя их из строя. Иисусе Христе, она великолепна.

Мой пульс грохочет в ушах, и мой член шевелится, когда я смотрю, как она дерется.

Я помню нашу схватку год назад — как весь этот контролируемый гнев был направлен на меня. А затем две ночи назад, когда она стояла передо мной на коленях и не могла насытиться моим членом.

Я хочу ее, и я, блядь, хочу ее прямо сейчас.

— Черт. Рафаэль! — Срочный голос Энцо вырывает меня из оцепенения. Я смотрю на него, но он больше не смотрит на меня.

Я следую за его взглядом к одному из людей Сергея, всего в нескольких футах, с поднятым пистолетом — направленным в затылок Эмилии.

Она не замечает его. Она слишком сосредоточена, слишком поглощена своим текущим противником.

Мое сердце останавливается. Затем все происходит одновременно.

Я двигаюсь до того, как включается сознание, распахивая гребаное окно, пока мой мир сужается до одной единственной цели: Защитить ее.

Глава 25

Эмилия

Мое сердце колотится, кровь горячо бежит по венам, пока я отбиваюсь от преступников. Гребаный ад, эти мужчины как тараканы. Только думаешь, что раздавил всех, как из какой-то дыры вылезают новые.

Кто они, черт возьми? Это не может быть охрана Джейсона — ни за что. И кто этот таинственный человек, с которым встречался Джейсон?

Кровь стекает по виску, и я яростно вытираю ее, с силой ударяя рукояткой пистолета по черепу очередного головореза. Мои руки, ноги — к черту, все тело — кричат от боли от полученных ударов, но я пробиваюсь сквозь боль.

Очень жаль, что мы не можем использовать боевые патроны. Мы могли бы покончить со всем этим за секунды. Но Грег был предельно ясен во время инструктажа, когда сказал: «Я хочу, чтобы все были живы». Его взгляд впился именно в меня — он до сих пор не простил мне открытую стрельбу по Максимо и его людям в прошлом году.

Некоторые ошибки преследуют тебя вечно.

— Эмили! — Пронзительный крик Кэти прорывается сквозь хаос, как раз когда пуля свистит мимо моего уха. Я резко оборачиваюсь и вижу, как мужчина в нескольких футах позади меня падает на пол, его пистолет бесполезно выскальзывает из мертвой руки.

Он собирался выстрелить в меня.