Его взгляд опустился на перечень тем.

— Модель IS-LM в макроэкономической динамике.

Вытянув ногу, я случайно коснулась его туфли.

Он медленно поднял голову.

По телу пробежалась искра возбуждения, когда тьма в его глазах вытеснила серебристый цвет. Короткого прикосновения хватило, чтобы кусочек ледника с треском откололся.

— IS в интересующей нас модели — это кривая, которая показывает равновесие на товарном рынке, — медленно начала я, скользя ботинком вверх по его ноге. — Соответственно LM обозначает кривую, показывающую равновесие на денежном рынке...

Приняв мой вызов, Алистер устроился поудобнее.

Я переместила ногу на центр его кресла. Он в ожидании выгнул бровь, но когда носок ботинка надавил на его член, то скривил губы от боли.

Довольно оскалившись, я продолжила рассуждать:

— Модель не описывает, как инвестиции сегодня влияют на запас капитала завтра. Это требует динамической модели IS-LM с накоплением капитала или модели IS-MP...

Я переместила ногу и уперла ее справа от бедра профессора, из-за чего юбка соскользнула к талии. Затем подняла левую так, что фактически загнала его в ловушку.

Он даже не стал сопротивляться.

Подперев подбородок кулаком, Алистер опустил взгляд на мою обнаженную киску.

Его лицо осталось непроницаемым.

Совершенно пустым и лишенным реакции.

Однако на долю секунды маска треснула.

Со стороны казалось, что Тюдор просто перестал интересоваться моим ответом и сосредоточился на чем-то другом — и только я видела, как его зрачки расширяются, а дыхание становится поверхностным.

От голода, поселившегося на глубине металлических глаз, внутри меня вспыхнуло пламя. Я продолжила говорить размеренным голосом, пытаясь не звучать слишком возбужденно.

— Что в экономике... — Алистер провел языком по пересохшим губам, скрывая то, как хрипло звучит его голос. — Что в экономике называется рациональными ожиданиями?

Ну давай же. Сломайся.

Я провела рукой по столу и зацепила перечень тем.

— Ой, прошу прощения... Постойте, я подниму.

Алистер подозрительно сузил глаза, когда я медленно опустилась перед ним на колени. Теперь стол полностью скрывал меня от глаз студентов.

Не разрывая зрительного контакта, я наклонилась к его паху и провела языком по отчетливой твердости, скрытой брюками.

Алистер зашипел сквозь зубы.

— Профессор, я не очень понимаю смысл последней темы. Вы можете объяснить?

Услышав вопрос из класса, он взял эмоции под контроль и поправил очки. Я снова облизнула его член, большой и пульсирующий через ткань, чувствуя мужественный запах.

Как я и думала. Он заполнит каждую часть меня, когда окажется внутри.

— Да, последняя тема. — Голос Алистера стал таким раскатистым и грубым, что я внутренне застонала. — Она рассказывает о том, что экономика стремится к устойчивому состоянию, где инвестиции равны амортизации...

Я поднялась и заняла прежнее место, мысленно исполнив победный танец. Мне удалось выбить из колеи этого угрюмого и самовлюбленного мудака!

Где моя шоколадная медаль? Где овации?

Взгляд мельком окинул класс. Никто ничего не заметил: студенты продолжали болтать, параллельно готовясь к вопросам.

Я разблокировала телефон, который ранее положила на стол.

Я: Ты очень вкусный.

Я: Я видела, как ты смотрел на мою киску.

Я: Мы бы могли трахаться каждый день. Тебе же нравится, как я выгляжу в этой форме? Всегда мечтала о ролевой с профессором и студенткой. Нам даже не нужно притворяться, Алистер.

Закончив отвечать на вопрос, профессор кивнул мне, чтобы я продолжила, и опустил взгляд на экран телефона. Меня раздражало, что я снова не могла распознать его эмоции.

Он считал меня сумасшедшей?

Или был таким же, как я?

Что крылось за этой маской невозмутимости? Он забавлялся надо мной или действительно получал наслаждение от этой маленькой игры?

Взгляд Алистера наконец-то оторвался от телефона. Он задумчиво провел языком по зубам, рассматривая меня, как некую диковинку. Может, я и правда была для него слишком... сложной?

Большинству мужчин не нравились трудности.

Однако, окинув аудиторию медленным взглядом, профессор будто принял какое-то решение. Он открыл верхний ящик стола и достал оттуда...

Подождите, серьезно?

Он держал в столе секс-игрушки?

Впервые в жизни я опешила. Действительно, мать его, охренела.

Мне захотелось рассмеяться, когда я поняла его ответный выпад. Этот ублюдок собирался взять меня на слабо. Он думал, что я отступлю и испугаюсь, не решившись ублажать себя во время занятия.

— Вы закончили? — откинувшись на спинку кресла и закинув ногу на ногу, будто сидел на троне, спросил Алистер.

Его вопрос имел двойное дно.

Он давал мне возможность сбежать.