Обращение от автора

Привет, дорогой читатель! «Эрида» — третья часть цикла «Круг Данте», читать который стоит строго по порядку. Каждая книга посвящена одной паре, но сюжет в них единый. Чтобы не запутаться и не потерять нить повествования, убедительно прошу тебя знакомиться с историей в правильной последовательности.

#1 — Пандора

#2 — Афродита

#3 — Эрида

#4 — ...

#5 — ...

Все персонажи и события вымышлены, а совпадения — случайны. Пожалуйста, обрати внимание на то, что перед тобой темный роман. В нем присутствуют темы, которые могут тебя расстроить. Психическое здоровье важно, поэтому прилагаю список триггеров:

— главная героиня — серийная убийца;

— разница в возрасте (8 лет);

— сталкинг;

— игры с пистолетом и ножом;

— игры с кровью;

— вуайеризм / эксбиционизм;

— первобытная игра;

— карцерофобия (страх тюремного заключения);

— алкогольная зависимость;

— сексуальное насилие над главной героиней (не со стороны главного героя);

— депрессивное расстройство (у второстепенного героя);

— потеря близких;

— физическое и моральное насилие со стороны родителей;

— графическое описание убийств и пыток.

Посвящается

каждой девушке,

которая прячет за кровоточащими шипами ранимую душу.

Плейлист

Lana Del Ray — Serial Killer

Bad Omens — THE DEATH OF PEACE OF MIND

Melanie Martinez — Teacher`s Pet

Ally Nicholas — Killing

Deftones — Change (In the House of Files)

Paramore — Decode

— Giver

Bad Omens — Just Pretend

CHVRCHES, Robert Smith — How Not To Drown

Melanie Martinez — Mrs. Potato Head

Deftones — Rosemary

Bad Omens — Specter

Feist — My Moon My Man

— Blood In The Cut

Пролог

Несколько месяцев назад

Чертовски скучный день.

Бар на элитной стороне Таннери-Хиллс содрогался от звуков рок-музыки, пока Малакай Стикс гипнотизировал толпу своим голосом. Точнее, Картрайт — простите меня за маленькую оплошность.

Признаться честно, я бы предпочел засунуть руку в террариум с ядовитыми змеями, чем находиться в этом месте.

Неискренний смех охотниц за бриллиантами, что кружили рядом с миллиардерами, заставлял меня раздражаться, а виски, вдобавок ко всему прочему, пульсировали от тяжелых басов.

Не поймите меня неправильно: когда-то я любил вечеринки, но в свои двадцать восемь лет выбирал убийства и разовый секс, который хоть немного снимал напряжение.

С каждым годом всё становилось слишком... скучным.

Скучные разговоры.

Скучные женщины.

Скучные города.

Когда ты облетел весь мир и видел всё, что только можно, начиная от массовых убийств и заканчивая оргиями с последующим расчленением, обычный вечер в баре становился...

Мягко говоря, неприятной рутиной.

Незнакомые девушки стреляли в меня взглядами, соблазнительно покачивая бедрами, пока я сидел за барной стойкой и отпивал из стакана бурбон, притупляющий чувства. Директора известных компаний проводили деловые встречи, скрываясь за баснословно дорогими пиджаками, ведь никто не догадается, что в таком месте торгуют наркотиками, верно?

Ничего интересного.

Таннери-Хиллс был большим муравейником, где сплетни распространялись со сверхзвуковой скоростью, поэтому по городу уже пошел слух, что вскоре я стану преподавать в академии Золотого Креста.

Вернувшись сюда из Лондона, мне пришлось выйти из тени.

Светские львицы не переставали знакомиться со мной на званых ужинах, особенно когда замечали шрам, пересекающий мой глаз, и понимали, кто перед ними стоит.

На одном из таких мероприятий Элизабет Уильямс, жена входящего в совет Гидеона Уильямса, предложила мне весело провести ночь.

Если весело не подразумевало под собой ее предсмертные крики, то я вне игры.

Подайте на меня в суд.

Постучав пальцами по барной стойке, я сделал еще один медленный глоток и оглядел танцпол.

Вдалеке мелькнули знакомые лица. Я не помнил их имен, но это были дети семей-основателей — сыновья Ротшильдов, Шепардов и дочь Ван Дер Майерсов. Второй Картрайт кружил ее в танце, но наследницы Милосских с ними не было. Как говорили СМИ, она улетела во Францию.

За ними стоило наблюдать с особой скрупулезностью.

Они копали под Круг Данте и могли помешать моим планам. Не хотелось бы лишать жизни своих студентов, но послушайте — разве меня это волновало?

Одним больше, одним меньше.

— Повторить?

Я перевел утомленный взгляд на девушку-бармена, невинно хлопающую ресницами. Она мягко улыбнулась и прикусила губу, смотря на меня с вожделением в темно-карих глазах.

Протянув пустой стакан, я даже чересчур учтиво ответил:

— Буду благодарен.