Мой взгляд зацепился за книжную лавку. Мелькнула мысль попросить возницу остановить, выйти и зайти в неё. Монеты у меня были, но... Что-то остановило. Мало ли как всё сложится, может, на что-то более важное пригодятся.

Дорога стала другой. Исчезло характерное постукивание колёс. Мы выехали за черту города. Исчезли двухэтажные особняки. Зато появились деревянные избы с соломенными крышами. Обширные поля, на которых шла уборка сена, и ленточные леса. Навстречу нам попадались мужики на низких телегах, на которые были свалены туши косуль. Я разглядывала охотников, отмечая, что одежда их разительно отличается от того, что я видела на городских улицах. Кожаные куртки с красивыми этническими узорами по воротнику и манжетам. Плащи с меховыми воротниками. И вроде как на улице было не столь уж и холодно, но они шли именно в таких. Штаны из мягкой ткани, заправленные в высокие сапоги.

Чуть высунувшись, я с любопытством изучала рисунок на широком поясе впереди идущего молодого охотника. Он, заметив моё пристальное внимание, прищурился.

— Леди, так ты выйди, я тебе всего себя покажу, — выкрикнул он мне.

За его спиной загоготали остальные. Та-а-ак, выходит, не шибко-то здесь и преклоняются перед аристократией.

Я смутилась, но быстро пришла в себя.

— А ты мне весь не интересен, только на узоры гляжу. Что они означают?

— Так защитные. — Он развёл руками, и полы куртки разъехались шире. — А чего это я тебе весь не люб?

— А чего это люб должен быть? — Уголки моих губ приподнялись.

Странно, но я совершенно не ощущала угрозы с их стороны. Идут и идут себе, никого не трогают.

— Ты, молодка, осторожней будь, — выкрикнул серовласый мужичок. — Много сброда шляется. Ограбят ещё.

— А у меня брать нечего. Я сельской повитухой работать еду.

— А, распределение. — Мужик закивал. — И леди прямо в село? В городе совсем, что ли, мест нет?

— Есть. — Карета поравнялась с ними. — Но мне, может, в деревне больше нравится.

— Ох, девчонка. — Мужики повернулись вслед. — Ну удачи тебе, повитуха.

Возница стегнул лошадку, и мы поехали быстрее. Странно, но у меня поднялось настроение. Вот эти охотники были мне куда понятнее и милее того высокомерного Ларса, что числился в женихах у Верен.

— Знаешь, Марусь, а может, и найду себе мужа.

— Угу. — Она повернулась на бок и приоткрыла один глаз. — Но подкрепиться бы не помешало.

Она снова зачесалась, разгоняя блох. Я призадумалась, вспоминая, чем вообще эту пакость извести можно. Ответа не находилось. Но ладно, разберёмся.

...Солнце стояло высоко в небе, когда мы добрались до первого привала. Остановив карету у деревенского двора, возница слез с козел и выдвинул мне лестницу.

— Пройдитесь, леди Орлау, ножки разомните.

Он как-то неуверенно протянул мне руку, чтобы помочь, и я с радостью за неё схватилась. И тут же почувствовала уже знакомое раздражение. Моя магия вспыхнула и оплела запястье пожилого, но крепкого мужчины.

Я с удивлением уставилась на его ладонь. Там виднелась крупная припухлость, которая сходила прямо на глазах.

— Где это ты так, уважаемый? — негромко полюбопытствовала.

Мужик смотрел на меня ошарашенно. Тряхнул головой и нахмурился.

— Вы это, леди, силой так не раскидывайтесь. А то иссякнет вся.

Я призадумалась. Прислушалась к себе и ничего. Не убавилось от меня нисколечко.

— Да и задарма зачем лечить? — Выражение его лица стало ещё суровее. — Монеты за то брать надобно. И сначала брать, а уж потом магией прикладываться.

— Дело говорит, хозяюшка, послушай умного человека, — замурчали на меня с другой стороны.

— Запомню. — Я важно кивнула и тут же добавила: — Но с тебя, уважаемый, всё равно ничего не возьму.

— Хм... — Его глаз дёрнулся. — И правду говорят, что с вами что-то случилось вчера. Совсем другая. Вот лицо и фигура те же, а всё остальное...

— Ой, молчи. — Я отмахнулась от него. — Ты, главное, не болтай. Всё со мной хорошо.

Сбоку от меня захрюкала здоровая свинья, разгуливающая по двору.

А вот и сельская романтика — мелькнула в голове весёлая мысль.

Глава 25

К постоялому двору карета доехала уже в темноте. Вкатилась на специальную стоянку и остановилась. Лошади устало фыркнули, именно этот звук и вывел меня из лёгкой дремоты. Потянув носом, я уловила неприятный запах навоза и прелого сена.

Размяв спину, осторожно переложила развалившуюся на моих коленях Маруську на диван и выглянула в окно.

Чуть в стороне стоял двухэтажный деревянный дом, свет горел внизу и лишь в нескольких окнах выше. Из трубы вырывался густой дым и столбом уходил в небо. Моё внимание привлекла дверь, ведущая, судя по громким звукам, в таверну. Двойная, и на ней искусно вырезан важный такой петух.