— Леди Верен, — наконец мягко произнесла она. — Вы что-то ищете?

— Явилась! — прогремело на всю комнату. — Развела здесь бардак. Непонятно, где что вообще лежит. Гнать тебя в шею давно пора, чего ради только терплю старуху.

Служанка спокойно слушала её, не проявляя вообще никаких эмоций. Она просто ждала.

— Где шкатулка? — снова заверещала графиня. — Моя, с настоями растений. Где, я тебя спрашиваю!

— Всё там же, леди. — Пожилая служанка указала на шкаф. — Нижняя полка справа.

— А, точно, — прошипела Верен. — Пошла вон. И чтобы ближайшие полчаса сюда никто не смел заходить. Ты меня поняла? Явишься через установленное время и только попробуй где-нибудь задержаться. Вылетишь из этого дома без рекомендательного письма.

Служанка побледнела, но всё же, кивнув, исчезла так же тихо, как и появилась.

Глава 19

Дверь спешно закрылась. Не теряя времени, Верен кинулась к шкафу и достала красивую шкатулку, украшенную тонкой изящной резьбой: переплетённые лианы с шипами и нежная роза в центре. Поставив её на столик, открыла, и на её губах появилась торжествующая улыбка.

Мне стало вмиг не по себе, она явно задумала совершить какую-то подлость.

Щёлкнул замочек, и откинулась крышка. Внутри на бархатной подложке лежали маленькие пузырьки с узким горлышком, каждый плотно закрыт пробкой.

— Мои малыши, настал ваш час, мамочке нужна маленькая помощь. — Она хихикнула, гаденько так.

Рука Верен потянулась к первому пузырьку во втором ряду. Внутри него плескалась густая зелёная жидкость с золотистыми прожилками.

— Вот ты мне и нужен. — Она снова издала этот жуткий смешок и ногтями выдернула пробку. По комнате мгновенно расползся приторно-сладкий аромат.

Я поморщилась и всё же шагнула ближе к столику, любопытство сжигало. Что это у неё за коллекция такая?

— Маруся, а это что? — Я повернула голову к кошке.

— Мяу, не знаю, но воняет так, что хоть нос под хвост прячь.

Спрыгнув с моего плеча, она и вовсе забралась на стол и принялась обнюхивать шкатулку.

— Ну и? — Мне не терпелось.

— Да боги его знают. — На меня смотрели два гигантских зелёных кошачьих глаза.

— Сейчас, сейчас я их всех проучу. Приползут завтра на коленях прощения просить за то, что довели бедную девушку. Лбами пол отбивать будут, пока я не прощу. И всех научу меня уважать. Всех... Мигрень одолела несчастную меня, сил нет. — Она говорила это таким противно-ласковым щебетанием, что у меня зубы сводило. — Упала без чувств, не успев принять настой!

Она схватилась за сердце, разве что слезу не пуская.

— Мне кажется, у неё что-то с головой, — выдала я, немного подумав.

— Кажется? — Шерсть на загривке Маруси встала дыбом. — Вера, да там чердак подтекает. Мяу. Воробушки в извилинах гнёздышки сплели.

— Ну, в принципе, мы про один и тот же диагноз. — Я важно закивала.

Верен же, не слыша нас, смотрела на пузырёк с торжествующей злостью. Её глаза вспыхнули зелёным пламенем, и я отступила на шаг. На этом странности не закончились. С кончиков её пальцев, держащих эту жидкость, срывались искры того же цвета.

— Мару-у-уся, — протянула я, не зная, что и думать.

— Магия, Вер, она у нас целитель, но оно и понятно, раз такую профессию выбрала.

— Целитель. — Я скорчила уважительную гримасу, хотя скорее язвительную. — Так что этот светоч медицины задумал?

— Сейчас и увидим. — Моя кошка сидела перед Верен и таращилась на неё не мигая, только кончик хвоста подрагивал.

А та, перестав фонтанировать магией, поставила пузырёк и достала из той же шкатулки изящную пипетку.

— Посмотрим, папочка, как ты запоёшь, когда испугаешься, что я заболею, как маменька, — шипела она злобно. — Сутками у моей постели сидеть будешь и прощение вымаливать. Бросишь свою шавку, осознаешь, кто тебе дороже. Умолять будешь, а я ещё подумаю, простить ли.

Нет, ну это же надо быть настолько подлой манипуляторшей.

Да змея подколодная.

— Так что она задумала делать с этим зельем? — Я сглотнула, понимая, что ответ мне не понравится.

Но Маруся пояснять не спешила, вместо неё это сделала сама Верен, разыгрывая перед собой же трагедию.

Она покрутила в руках открытый бутылёк и пробормотала:

— Три капли уложат на денёк. А этого не надо. Одна дарует приятный сон, главное, чтобы зелье нашли. Чтобы испугались. Подумали, сердечко прихватило. Я их всех изведу. Всех! Я наследница. Отец ползать будет у моих ног. Все будут! Ха-ха-ха! — Захохотав, она опрокинула бутылёк на стол и дождалась, пока содержимое разольётся по его поверхности. После окунула в эту зелёную густую муть пипетку и попыталась набрать.

— Хм... Интересно, сколько здесь? — Она нажала на кончик слишком сильно, и на стол упало несколько тягучих капель. — Много. Нет, себе вредить... Ну, нет. Только приятный лечебный сон. Надо меньше.