— Вы об этом пожалеете, — её голос пронёсся по помещению, в котором стояла тишина. — Все... пожалеете.

Дверь за ней хлопнула.

От резкого звука я невольно моргнула.

— Вот это штучка, — сорвалось у меня. — Маруся, вот успокой меня и скажи, что эта высокомерная особа не я. Ну чтобы я не испытывала непонятно с чего сейчас жуткий стыд.

— Вера, ты — это ты, — моя пушистенькая нервно дёрнула хвостом и двинулась к профессорскому столу. — Но тело — да. Просто подумалось, что тебе так будет проще, сходство — ну не отличить. Да и профессия... Ты по ней бы скучала.

— Ну да, — я снова уставилась на плакат, не понимая, что за зелёное пламя там изображается. И главное, эти в чёрных платьях и фартуках руками водят, и под ними то роженица пылает, то ребёнок. В общем, что-то чудаковатое.

Маруська тем временем запрыгнула на стол и прошлась по документам.

— Ты там что задумала? — я насторожилась.

— Хочу узнать, куда нас распределили, — мяукнула она.

— Нас? — я свела брови к переносице. — Нет, это её в какую-то глушь направили.

— Не придирайся к мелочам, — она добралась до нужного свитка и принялась подталкивать его лапкой к полу.

— Маруся, я хотела бы тебе напомнить, что свитки сами собой по столу не катаются.

— Много ты знаешь, хозяюшка, — она таки столкнула документ на пол.

Он легко опустился на доски. Никто этого не заметил, все были увлечены иным: окружили учителей, пытаясь задать волнующие их вопросы.

— Так, Вера, бери распределение, — скомандовала моя пушистенькая.

— И как я это сделаю? — мило спросила, поигрывая перед ней прозрачными руками, ну совсем ни на что не намекая.

— Хватит там привидение изображать. Взяла и отходим, — прошипела она совсем недобро.

Сопротивляться не стала, присела и цапнула свиток. Как ни странно, смогла поднять.

В общем, он так и поплыл из аудитории по воздуху, и это вообще никому вокруг не показалось странным.

Ну подумаешь, свёрнутый документ сам собой парит — обычное же дело.

Спрыгнув со стола, Маруся направилась к высокой двери.

Ну естественно, я со своей добычей за ней.

Летела как могла, двигая ногами. Они не слушались, но я не халтурила.

Дверь перед нами открылась без звука и, что интереснее, сама собой, и меня утащило в коридор. Замерев, я с благоговением уставилась на самый высокий потолок, какой только можно было представить. По правую сторону от нас располагалась широкая каменная лестница, и уводила она в огромную библиотеку на втором ярусе.

— Маруся, а мы всё же где?

— Здесь, — однозначно ответила моя кошка и засеменила к выходу.

Нет, ну здание, конечно, — дворец и иначе не назовёшь. Но я уже своё отучилась и повторять этот подвиг была не готова. Так что я снова забила ногами в воздухе, стараясь не отстать от пушистого серого хвоста.

Но меня внезапно повело в сторону, и я банально сквозняком была утянута в открытое окно. Так что снаружи оказалась раньше Маруськи.

Повернув голову, увидела Верен. Она шла по посыпанной светлым гравием дорожке сада вдоль ровно подстриженных, украшенных пожелтевшей листвой кустов. Миновала клумбу с поздними розами и скрылась за беседкой.

— Чего стоишь, хозяюшка, за ней, а то упустим.

— Угу, — я кивнула и, плюнув на всё, просто поплыла брасом вслед за своим двойником. Раз уж тут всем всё равно, что свитки летают, так и ладно.

Добралась до нужного поворота быстро. Свернувшая тропинка уводила вглубь сада. Чуть в стороне за невысокими деревцами журчал низкий фонтан, возле него стояли изящные, вырезанные из светлого дерева скамейки. И на одной из них сидел молодой мужчина в парадной, видимо военной, форме, ну во всяком случае короткий меч в ножнах на его поясе висел явно не просто так.

Увидев Верен, он подскочил уж больно прытко, и на его лице появилась такая сладкая улыбка, что у меня скулы свело. Нет, естественной она не выглядела, можно было предположить, что юношу терзали кишечные газы и это на его лице мученический оскал.

Но это видела я, а Верен уже неслась к нему пташкой.

Этот холёный высокий ухажёр развёл руки и поймал её в объятия. Чего-то там тихо проворковал. Верен, изображая смущение и робость, откуда только что взялось, осторожно разгладила ему синий мундир с серебряной отделкой на груди.

После ахнула и подняла взгляд кроткой косули на зализанного объекта обожания.

Хм. Я придирчиво разглядывала мужчину. Ну да, высокий, и на этом, наверное, достоинства и закончились. Лицо угловатое, подбородок мягкий, невыразительный, бледный цвет глаз, светлые брови и ресницы. Русые волосы с лёгкой рыжиной и веснушки на лбу.

В общем, какой-то никакой-то.

— Верен, наконец-то. Я так тебя ждал, переживал, как пройдёт твоё распределение, — он прощебетал это с лёгким придыханием, я поморщилась, ну столько фальши и наигранности, он бы ещё ахнул. — А меня направили в городскую стражу, сразу в офицерский состав. Потомственный боевой маг. Отец ещё не знает, но, думаю, он не удивится.