Я попыталась пошевелиться, мысленно заставляла себя согнуть хотя бы палец. Но не выходило. Лишь в глазах потемнело от усилий. Где-то далеко раздался гром, и по асфальту пронёсся ветер, бросив мне в лицо грязные брызги лужи. Я зажмурилась и ощутила, как к горлу подступает горечь. Тошнило.

Наверное, я действовала неправильно. Нужно было кричать. Звать на помощь. Но кого? За всё время, что я здесь была, никто не прошёл мимо. Оставались рабочие. Они близко.

Нужно только закричать. Я открыла рот и поняла, что голоса нет. Даже хрип не вырвался. Моргнула, стряхивая с ресницы крупную слезинку.

Выходит, я действительно умираю. Так нелепо. Ведь собиралась именно сегодня заглянуть к кардиологу. Не успела. Не дошла. Так глупо всё вышло. Лежу на дорожке рядом с лавкой в луже.

В моём возрасте и инфаркт. Рано как-то.

А телефон трещал, не умолкая.

Вот мать разозлится. Вместо курорта придётся потратиться на похороны. Представляю, как она будет вопить от такой несправедливости жизни. Не те мысли в голове, но других не было.

Лёше придётся несладко.

«Мяу».

Я напряглась. Вмиг забылись и мать, и брат. Звук был так близко. Телефон умолк.

«Мяу».

Я напрягла зрение. Не в силах поверить себе, искала взглядом ту, кто двадцать лет этим знакомым сердцу «мяу» встречал меня сначала со школы, потом из института, а после и с работы. Я знала этот родной кошачий голос.

Знала и не могла ошибиться.

— Мяу.

Я моргнула и наконец увидела её. Она медленно появлялась, словно из воздуха. Всё чётче становились очертания мордочки, тела, лап. И наконец хвост, как всегда, трубой.

Моя Маруся.

Она стояла на мокрой дорожке совсем рядом. Её яркие зелёные глаза не застилала мутная старческая пелена. Как и прежде, маленькая, серая и слишком худая. Сколько бы я её ни пыталась откормить, а она всё стройной по квартире ходила, переставляя лапки, как модель.

Да, именно такой она была в моём детстве.

— Марусенька, — с моих губ всё же сорвался шёпот. — Ты за мной? Не уходи, мне совсем чуть-чуть осталось.

Я вдруг поняла, что не смерти боюсь, а одиночества.

— Моя Марусенька... Я правда не хотела, чтобы ты уходила. Но причинять тебе боль... Прости.

Она подошла ближе и ласково ткнулась в мою щёку. Тёплый нос. Я улыбнулась, и она заурчала, как прежде. Я очень хотела поднять руку и погладить её. Провести пальцами между её ушами, как она любила. Но чувствительность не возвращалась. Тело онемело. Меня будто парализовало.

Маруська забавно то ли фыркнула, то ли чихнула и принялась шершавым языком облизывать мне щёки, стирая слёзы. И стало легче. Если бы не холод. Изо рта вырвалось облако пара. Казалось, мир вокруг меня застывает.

— Ты ведь за мной, Марусь? — я попыталась ей снова улыбнуться. — Кажется, я не заметила у себя сердечный приступ. Стыдоба для медика. Но я акушерка, да и опыт небольшой. Спишут всё на это. Надо было вчера к врачу идти. Хотя... — я взглянула на свою любимицу и поняла, что говорю, но не слышу собственных слов. Как будто монолог в голове.

Выдохнула с трудом, выпуская воздух из носа.

Маруська заурчала сильнее и, сев рядом, повернула мордочку в сторону.

В этот момент я услышала быстрые, но тяжёлые шаги. Кто-то приближался. Мелькнула тень, и незнакомец присел рядом со мной на корточки. Я поняла, что это мужчина, по его строительным сапогам, на подошве которых налип толстый слой жирной глины.

— Девушка, — меня мягко толкнули в плечо. — Девушка, что с вами?

Передо мной возникло лицо молодого мужчины, черты его лица казались грубоватыми, и всё же он был красив. Светло-карие глаза смущали.

Такая глупость.

— Красавица, ты чего?

Его рука прошла сквозь Марусю и легла на мою щёку.

Он нахмурился, и на его лице отобразился испуг.

— Ребята, скорую вызывайте! Быстро! — он обернулся к своим. — Шевелитесь!

Прокричав, он снова наклонился ко мне.

— Ты не спи, слышишь. Что у тебя?

— Сердце, — шепнула одними губами.

Маруся поднялась и обошла его вокруг. Я следила за ней взглядом.

— Ты куда смотришь, красивая? — мужчина прищурился.

— Моя кошка, — мой голос походил на шелест. — Она пришла за мной.

Маруська, снова мяукнув, подошла ко мне с другой стороны и снова ткнулась горячим носом в мой нос. Улыбнувшись, я прикрыла глаза.

Глава 9

И снова провалилась в беспамятство, но вынырнула на поверхность сознания. Видела перед собой лишь призрак моей Маруськи, ластящейся ко мне, и обеспокоенное лицо мужчины. Несмотря на весь ужас, происходящий со мной, он внезапно мне понравился. Но на его пальце было кольцо.

Нет, не случаются чудеса в этой жизни, со мной так точно.

— Ты держись, слышишь, — он гладил меня по волосам.

— Спасибо, — шепнула.

И в этот момент в моё сознание врезался звук открывающейся двери скорой. Мужчина поднялся, и его место заняли другие. И вот странность: их лиц я различить не могла. Марусю видела отчётливо, а фельдшеров нет. Я как будто находилась между жизнью и смертью, всё ещё в своём теле, но уже отдельно от него.