– Ты запрешься в этой комнате. Не выходи. Это для твоей же безопасности, – он пристально смотрит на меня. – Ты сделаешь, как я сказал?

– Никаких обещаний. Я не люблю лгать и не уверена, что могу тебе доверять, поэтому не могу обещать, что не покину эту комнату. Но я учту твои пожелания. Это все, что я могу сделать.

Он пристально смотрит на меня мгновение, затем выходит за дверь, захлопывая ее за собой.

Я встаю и запираюсь. Что ж, по крайней мере, на этот раз у меня есть ключ. Еще у меня есть медальон, который я достаю из его испорченных штанов и прячу под матрас для сохранности.

Медальон с изображением волка. Прошлой ночью я услышала вой. Вот почему я покинула отель и вернулась в город-призрак. Пока я спала в этой комнате, мне приснился волчий вой, но мне также показалось, что я ненадолго проснулась и услышала этот звук наяву.

Натаниэль рычит. Называет себя зверем. Живет в комнате, на полу которой есть выбоины, похожие на следы когтей, и она обшита металлом. Люси называет его «лорд Вульф».

О нет, я даже не рассматриваю эту идею. Что ж, путешествия во времени реальны. Почему нет… Ни за что. Но я посмотрела достаточно фильмов ужасов и прочитала достаточно романов, чтобы распознать признаки. Хотя все это вымысел. Современные мифы. Натаниэль Фортескью не может быть оборотнем.

Даже при одной мысли об этом слове я чувствую себя глупо.

Я подумаю об этом позже.

Натаниэль попросил меня остаться в этой комнате, и я решила сделать ему одолжение. Почему я делаю то, о чем он просил? Потому что я не глупа. Даже я чувствую, что в этом городе и его жителях есть что-то жуткое, особенно в Натаниэле Фортескью.

Глава 7

Натаниэль

Я стою за дверью несколько минут, не двигаясь, просто прислушиваюсь и нюхаю воздух. Господи, даже несмотря на металлическую преграду между нами, я все еще чувствую ее запах. Я также слышу, как она беспокойно ходит по комнате и, без сомнения, раздраженная тем, что я приказал ей оставаться там. Я должен вернуть ее туда, откуда она пришла, но я понятия не имею, где это.

Или, когда, если верить ее заявлению. Путешествие во времени? Это звучит нелепо.

С другой стороны, я не обычный человек. Этот город тоже не обычный, и его жители, находящиеся в заключении, определенно не относятся к числу обычных людей. Возможно, мне не следует сразу отрицать утверждение Кайли.

Я с трудом отхожу от двери и спускаюсь по лестнице. Мужчины, если мужчин в этом городе можно назвать мужчинами, разговаривают и смеются, пьют и отпускают непристойные комментарии в адрес женщин, которые здесь работают. Девушки в баре знают, как обращаться с этими негодяями, и я вмешаюсь только в том случае, если в этом возникнет необходимость.

Когда я спускаюсь с последней ступеньки, в баре воцаряется тишина. Все взгляды устремляются на меня.

Люси выбегает из-за стойки, протягивая руку к подносу, который я несу.

– Позвольте мне помочь лорд Вульф-шериф Фортескью.

Да, она всегда становится гораздо вежливее после того, как я ее отчитываю.

– Спасибо, – резко говорю я, натягивая плащ. – Если я не вернусь к полудню, пожалуйста, позаботься о том, чтобы моя гостья получила еду.

Люси прижимает поднос к бедру.

– Извините шериф, но у меня нет ключа.

– У девушки есть. Постучи и скажи, зачем пришла.

Конечно, я приказал Кайли держать дверь комнаты закрытой. И она сказала, что не обещает, что подчиниться моему приказу. Дьявол.

– Оставь еду у двери. Она сама заберет ее.

Я дал ей ключ от своей комнаты, а это значит, что она может выйти, если захочет. Учитывая, с каким удовольствием она бросает мне вызов, я думаю, что она попытается сбежать. Если она это сделает, это, наверное, будет ее последней ошибкой.

Я выхожу из салуна в желтоватые лучи утреннего солнца и сворачиваю налево, направляясь к конторе шерифа – моей конторе. Следующие несколько часов я патрулирую свои владения. Хотя я и сказал Кайли, что пустошь принадлежит мне, это не совсем так. По причинам, которые мне не до конца понятны, я взял на себя смелость противостоять людям, чьи поступки и образ жизни вызывают у меня глубокое возмущение и отторжение. Не все здесь имеют злые намерения, но каждый из них совершил проступок, приведший их сюда.

И да, это касается и меня.

Самым страшным преступлением, свидетелем которого я стал этим утром, был пьяница, которого вырвало на ступеньках универсального магазина. Я запираю этого человека в камере в конторе шерифа. В пустоши редко бывает так тихо, и мирная атмосфера этого дня до сих пор оставляет у меня покалывающее чувство беспокойства глубоко под кожей. Почему девианты, находящиеся под моей опекой, внезапно стали миролюбивыми? Что изменилось? Единственная разница между вчерашним и сегодняшним днем в том, что…

Пришла она.

Я возвращаюсь в салун и поднимаюсь по лестнице к двери, за которой находится она. Никто не произносит ни слова, пока я пересекаю комнату, хотя все смотрят на меня. Как только я подхожу к двери спальни, она распахивается.