— Майкл, — скулю я, и у этого ублюдка хватает наглости подмигнуть мне, прежде чем поднести промежность моих трусиков к носу.

Его глаза темнеют, веки тяжелеют. Затем они полностью закрываются, плечи дрожат, когда из него вырывается глубокий, удовлетворённый рык.

Святые угодники.

Я смотрю, заворожённая, губы приоткрыты. Между ног разливается жар, и я инстинктивно сжимаю бедра, потирая набухший клитор в поисках хоть какого-то облегчения.

Его глаза распахиваются. — О нет, не так быстро, — предупреждает он, пряча мои трусики в карман, как какой-то грязный трофей. Он ползёт по моему телу, раздвигает мои ноги и проводит рукой по моей киске. — Такая красивая. — Он раздвигает мои влажные складки. — Такая моя. — Один палец дразнит мой вход.

Я выгибаюсь ему навстречу, жаждая, чтобы он был во мне.

Но он не даёт мне того, чего я хочу.

Вместо этого он ведёт палец вверх к моему клитору, и я застываю в предвкушении — только для того, чтобы он обвел бугорок без всякого давления, жестоко дразня. — Майкл. — Слёзы разочарования выступают на моих глазах, и он хмурится, наклоняясь, чтобы слизнуть их с моего лица. Это так интимно, так неожиданно, моё сердце замирает от того, как близко он находится.

Я хочу провести большим пальцем по его пирсингу. Боже, мне это нужно. — Выпусти меня из этих наручников, — стону я, голос глубокий и гортанный.

— Пока нет, — отвечает он и ползёт обратно вниз по моему телу.

— Чёрт возьми, Майкл. Ты пытаешься наказать меня за что-то… ааагххх! — Я выгибаюсь так сильно, что моя спина отрывается от кровати, запястья врезаются в наручники, когда он внезапно целует по-французски мою киску, язык кружит вокруг моего входа, зубы касаются клитора.

А затем он вгрызается в меня, пожирая с таким голодом, что мои нервы воспламеняются. Моё дыхание сбивается, и из меня вырывается длинный поток бессвязных слов, когда всё моё существо наполняется удовольствием, таким сильным удовольствием, что я едва могу его вынести.

Затем — чёрт — он слегка отстраняется, ровно настолько, чтобы обхватить губами мой клитор, как раз когда два пальца вонзаются в меня.

Мой мозг замыкает, зрение темнеет, а горло становится хриплым от того, как громко и долго я кричу.

Пот стекает по спине, мои соки текут из меня, пока я переживаю волны оргазма. Но Майкл не даёт пропасть ни одной капле. Он всё слизывает, продлевая мою кульминацию, заставляя меня чувствовать каждый удар, каждую восхитительную секунду.

Кажется, я теряю сознание на мгновение, потому что когда я прихожу в себя, он стоит на коленях между моих ног, его штаны волшебным образом исчезли, и он играет со своим членом, металлический пирсинг дразняще поблёскивает.

Я облизываю губы.

Даже после такого сильного оргазма этого недостаточно. С ним никогда не бывает достаточно. Я хочу больше. Я хочу его.

Я раздвигаю бёдра приглашающе, и его дыхание сбивается. Он приближается, горячая плоть его члена касается моих бёдер, заставляя меня задыхаться.

Затем он прижимается к моему клитору, шлёпая головкой по чувствительному бугорку раз, два.

— Майкл, Майкл, Майкл, — повторяю я его имя, двигая бёдрами, вращая их, пытаясь направить его член туда, где я хочу.

Но затем он замирает.

— Без презерватива, любимая. Ты снова откажешь мне? — Его глаза тёмные и дерзкие, когда он смотрит на меня.

Презерватив?

Где-то в тумане моего затуманенного похотью мозга я понимаю, что то, о чём он упомянул, важно, и именно поэтому мы не занимались сексом в прошлый раз. Но сейчас я не могу понять, почему это имеет значение, и, честно говоря, мне на это наплевать.

Ну и что, если он кончит внутрь? Я хочу этого. Я хочу почувствовать это так сильно. Будь что будет.

Я так сильно дёргаю наручники, что Майклу приходится наклониться вперёд, чтобы схватить меня за запястья. — Осторожно. Ты поранишься, — говорит он, но его член скользит по моему животу, оставляя дорожку горячей смазки, и любые остатки логических мыслей исчезают.

— Освободи меня, освободи меня. Сейчас!

На этот раз Майкл не колеблется. Он двигается к тумбочке, достаёт ключи и быстро отпирает оба наручника. Он пытается помассировать мои запястья, но я отталкиваю его руки…

И хватаю его член.

Он мгновенно застывает. Гортанный стон вырывается из его горла, когда он вздрагивает под моим прикосновением, но он не останавливает меня, пока я направляю его туда, куда хочу. Я провожу его членом по своим влажным складкам, насаживаю его прямо на вход и широко раздвигаю ноги.

Он скрежещет зубами, глядя на меня, мышцы шеи напряжены, когда он сжимает мою руку вокруг своего члена. — Хочешь, чтобы я тебя трахнул? Проси.

— Что? — Я непонимающе моргаю. Он серьёзно собирается снова дразнить меня? Сейчас?! Когда я так отчаянно хочу? Я так голодна, так нуждаюсь, что почти чувствую его твёрдый член внутри себя, мой центр беспомощно сжимается вокруг пустоты.