— Ты жалеешь о нашем ребёнке? — спрашиваю я, просто чтобы быть злой, и безжалостно подавляю улыбку, которая хочет появиться на моём лице, когда он пытается ответить.

— Я-я жалею о нечестном способе, которым произошла беременность. Но не о самой беременности. Я люблю тебя и ребёнка, который растёт внутри тебя. — Он колеблется. — Могу я войти?

— Нет. — Я скрещиваю руки на груди, насколько позволяет мой живот. — Я знаю, что ты устроил эту квартиру для меня, но это не значит, что ты можешь войти.

Он морщится. — Откуда ты знаешь?

— Ты думаешь, я не знаю, что ты дёргаешь за ниточки для меня с тех пор, как я приехала в Бостон? Знакомство с Джанет, работа, этот дом...

Он сглатывает, затем протягивает мне банку для чаевых, и я неохотно принимаю её. — Я просто хотел убедиться, что о тебе и ребёнке хорошо заботятся, пока я даю тебе пространство, чтобы исцелиться. — Его голос становится тише. — Я не ожидал, что ты на самом деле позовёшь меня.

Я встряхиваю банку в руке, слушая звон монет внутри. — Что в том плюшевом мишке? Камера? — Он колеблется. — Говори.

— Жучок... я просто хотел иметь возможность слышать, нужна ли тебе помощь, — спешит добавить он.

— Ты постоянно снаружи моего дома, постоянно следуешь за мной — я уверена, ты бы узнал, если бы мне нужна была помощь. — Я наклоняю банку, и что-то щёлкает в моей голове. — Подожди... это же та самая банка для чаевых из нашей первой встречи, не так ли?

Он кивает в подтверждение. Он сохранил её?

— Открой её, — мягко говорит он, и я открываю.

Я переворачиваю её, позволяя монетам высыпаться на ладонь, но их много, и некоторые падают на пол. Затем что-то более тяжёлое падает мне в руку — огромное кольцо. Я задыхаюсь, и банка выскальзывает из моей руки. Но Майкл быстр, ловит её, прежде чем она падает на пол.

— Что это? — спрашиваю я, рассматривая кольцо, которое так похоже на мою татуировку, за исключением того, что камень — это два переплетённых розовых тюльпана. Оно... красивое.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спрашивает Майкл, и я снова задыхаюсь, когда смотрю на него — он на одном колене, прямо на крыльце. Я быстро оглядываю тихую улицу, надеясь, что никто из любопытных соседей не выглядывает из окна.

— Что ты делаешь? Мы уже женаты. — Я хватаю его за руку и пытаюсь поднять, но он сопротивляется.

— По-настоящему на этот раз, Джианна. Два человека женятся друг на друге, потому что они влюблены, а не по какой-то другой причине.

Мой ответ — да, да, тысячу раз да — теснится в горле, отчаянно желая вырваться, но я колеблюсь. Он грустно улыбается, принимая моё молчание за отказ, и встаёт. Достав из кармана какую-то чёрно-золотую карточку, он протягивает её мне.

Это приглашение на свадьбу. Нашу свадьбу. Назначенную на следующую неделю. Я хмуро смотрю на неё. Как долго он носит её с собой?

— Надеюсь, ты сможешь прийти.

Затем он делает шаг назад. Затем ещё один.

Я ошеломлённо смотрю, как он идёт к чёрной машине, припаркованной в конце улицы. Он садится, но не заводит двигатель и не уезжает.

Он просто сидит там.

Смотрит. Ждёт.

Я стою застывшая на крыльце целую вечность, прежде чем наконец повернуться обратно внутрь, запирая за собой дверь.

Глава 42

Джианна

Я глубоко вдыхаю и благодарю водителя, когда выбираюсь из такси, одной рукой защитно придерживая живот. Близнецы беспокойно ворочаются внутри меня, словно чувствуя важность этого момента, этого выбора. Мой взгляд падает на приглашение в руке, чтобы убедиться, что я в правильном месте.

Адрес верен, но я колеблюсь, оглядываясь по сторонам.

Место передо мной захватывает дух — огромный, потрясающий сад, — но здесь также пугающе тихо.

Я не сомневаюсь в своём решении. Я люблю Майкла и готова снова выйти за него замуж — на этот раз по-настоящему. Но эта тишина... она заставляет меня нервничать.

Ко мне подходит женщина с тёплой улыбкой. — Миссис Харт? Мы ждём вас внутри.

У меня сжимается живот. Как она меня узнала?

Вопрос проносится в голове, хотя я знаю ответ — Майкл позаботился о том, чтобы все причастные могли опознать его драгоценную сбежавшую жену.

Я проглатываю нервы и следую за ней внутрь. Она ведёт меня мимо рядов красивых цветов к большому арочному стеклянному зданию, окна которого затемнены, скрывая то, что ждёт внутри.

Женщина останавливается у двойных дверей и жестом приглашает меня войти. — Можете входить, мэм.

Я тихо благодарю и толкаю дверь, входя в... совершенно другой мир — и я мгновенно потрясена.

Стеклянный потолок, должно быть, покрыт обоями или какой-то навороченной технологической иллюзией, потому что вместо яркого дня снаружи он показывает бескрайний простор полуночного неба с мягкими мерцающими звёздами.