Прежде чем я успеваю среагировать, она хватает мою правую руку и трёт флешку о все мои пальцы. Ужас заливает меня, когда я понимаю, что она делает, и я начинаю вырываться из пут, но это бесполезно. Я в ловушке.

Когда она удовлетворена тем, что мои отпечатки пальцев запечатлены на флешке, она отступает, и я смотрю, тяжело дыша, как дядя Альдо кивает судье, который прочищает горло и делает шаг вперёд.

— Мы собрались здесь сегодня, чтобы⁠...

— Никакой этой ерунды сейчас, — резко обрывает его мой дядя. — Мы все знаем, зачем мы здесь, и что одна из сторон не согласна. Пропусти формальности.

Взгляд судьи мечется к моему, прежде чем быстро отвернуться. Он открывает мантию, открывая костюм под ней, и достаёт из кармана стопку документов. — У меня с собой документы о разводе леди с её первым мужем и брачный контракт с её новым мужем.

О Боже.

Страх душит меня, пот стекает по телу.

Этот кошмар реален.

Судья протягивает то, что, как я предполагаю, является брачным контрактом, Карло и дяде Альдо. — Мне понадобится её подпись на этом. — Он машет двумя бумагами и направляется ко мне. — В этом случае подойдут её отпечатки пальцев, поскольку я сомневаюсь, что она подпишет что-либо добровольно.

Я сжимаю пальцы в кулаки, отчаянно качая головой. — Нет, пожалуйста, не надо. Пожалуйста.

Мужчина даже не смотрит на моё лицо, опускаясь передо мной на колени и пытаясь разжать мою правую руку. Я держу её крепко сжатой, поэтому он переключается на левую. Именно тогда, впервые, я замечаю — моё кольцо пропало. Тётя Мари или кто-то другой должны были снять его.

Затем, внезапно, всё меняется.

Судья издаёт ужаснувшийся вздох и отшатывается, падая на задницу, его лицо бледнеет, будто он увидел призрака. Я хмурюсь. Что, чёрт возьми, с ним?

Его взгляд прикован к моей левой руке — точнее, к татуировке на безымянном пальце.

Он яростно качает головой. — Я... я не знал, что она замужем за Безумным Шляпником. — Его голос едва слышен. Затем он вскакивает на ноги, как человек, который только что понял, что стоит на мине. — Она собственность Пасленовых. Нет. Это… это самоубийство, Карло, и я не пойду ко дну с тобой. Я не буду этого делать. — С этими словами он разворачивается и вылетает из кабинета.

Я молчу, ошеломлённая этим неожиданным поворотом.

Неужели он только что…?

Что это значит для меня?

Проклятая свадьба... отменена? Они собираются отпустить меня?

Карло яростно ругается и бежит за судьёй, оставляя меня наедине с тётей и дядей. Последний подходит и сверлит взглядом мой палец. Его лицо бледнеет. — Ты теперь часть Пасленовых?

— Ну... я вышла замуж за одного из них, — медленно говорю я, замешательство смешивается с проблеском надежды. Кто бы мог подумать, что татуировка — это то, что в конечном итоге спасёт меня?

Дяде Альдо не нравится мой ответ. Совсем. Он отводит руку и бьёт меня по лицу так сильно, что моя голова отворачивается. В ушах звенит, губа разбивается о зубы, и металлический привкус крови заполняет рот.

Пока моё лицо всё ещё отвернуто, его телефон издаёт звук уведомления.

Он смотрит на экран…

И усмехается.

— Ну, ну, ну, это даже лучше, чем я ожидал. — Он поднимает взгляд на меня, чертовски самодовольный. — Угадай, кто сейчас увидит и осудит тебя перед твоим мужем, Джиджи?

Прежде чем я успеваю выплюнуть ответ, боль пронзает мою шею.

Тот же укол, что и раньше.

Тётя Мари, чёрт бы её побрал, снова вонзила в меня шприц.

Моё зрение гаснет.

Глава 34

Майкл

Я нашёл.

Доказательство, которое я искал бесконечными днями.

Я обыскал весь город, проверил все возможные зацепки, прочёсал тёмные уголки интернета. И теперь наконец оно у меня в руках.

Я нажимаю «воспроизвести» на аудиозаписи.

Старая запись шипит от времени, но один из голосов, управляющих разговором, несомненно принадлежит Альдо Кабельо — он организует смерть семьи своего тогдашнего Дона. Своего собственного брата.

Вместе с записью цепочка квитанций рассказывает остальную историю — деньги, уходящие на офшорные счета, а затем напрямую киллеру, убившему родителей Джианны. Платежи коррумпированным полицейским, чтобы те инсценировали их смерть как несчастный случай и запутали детали дела, гарантируя, что виновного никогда не найдут.

До сих пор.

После тщательного изучения каждого документа, чтобы убедиться, что ничего не подделано, я отправляю плату за улики на неизвестный офшорный счёт. Затем скачиваю всё на свой телефон.

Время пришло.

Я выхожу из кабинета, и Лоренцо мгновенно встаёт, поправляя лацканы пиджака. — Куда? — спрашивает он, идя рядом со мной.

— Центр Манхэттена. Дом Рафаэля.

Из-за количества его бизнесов, разбросанных по городу, его невозможно застать в какой-то конкретный день. Что ему и нравится. Поэтому я пишу ему.

Еду в твою квартиру сейчас, очень срочно. Встреть меня там.