— Лучше не надо. Однако я знаю кое-кого, кто сделает всё в лучшем виде и избавит тебя от поездки в больницу.

С этими словами он повёл меня обратно в главное здание, хотя полотенце на руке я уже держала сама. Я ожидала, что он выведет меня на улицу и потащит в клинику доктора Дюплесси, которая находилась прямо через дорогу, но вместо этого он шокировал меня, приведя прямиком в кабинет Аллена Прежана.

— Аллен. У нас тут небольшое ЧП, — произнёс доктор Леблан с виноватыми нотками в голосе. — Целиком и полностью моя вина.

Аллен нахмурился, переводя взгляд на окровавленное полотенце вокруг моей руки.

— Что произошло?

— Энджел раскладывала инструменты, а я толкнул её, когда у неё в руке был скальпель, — выдал он, удивив меня этой невинной ложью. Наверное, рассудил, что Аллен всё равно найдёт способ выставить меня виноватой, если всплывёт, что я порезалась из-за того, что доктор Леблан меня просто напугал. Чёрт, как же я обожаю нашего патологоанатома.

Аллен открыл нижний ящик стола, выудил из коробки перчатки, натянул их, после чего поднялся и подошёл ко мне. Я позволила ему осмотреть порез, и даже мне пришлось признать, что для обычного живого человека рана выглядела уродливо. Разрез шёл от внешнего края большого пальца прямо в мякоть ладони. Он зиял где-то на полсантиметра, и внутри я видела белый блеск сухожилия. Зато вообще не болело. Хоть какой-то плюс.

— Надо шить, — пробормотал Аллен. — Шва четыре-пять, я бы сказал.

Доктор Леблан кивнул:

— Согласен. Но есть ли шанс, что мы разберёмся с этим прямо здесь, чтобы она не теряла кучу часов в больнице?

Аллен поднял глаза на доктора Леблана:

— Я мог бы сделать это сам, раз сухожилие не задето. В смысле, набор для швов у меня есть, но вот лидокаина нет вообще.

— Мне не нужно обезболивание ради пары стежков, — быстро вставила я. Аллен бросил на меня сомневающийся взгляд, но я поспешила добавить: — Серьёзно, если можете зашить так, то зашивайте, всё нормально.

— Я пока займусь рапортом об инциденте, пока ты возишься с Энджел, — произнёс доктор Леблан, как будто вопрос уже был решён. После ещё пары секунд колебаний Аллен пожал руками.

— Ладно, но чтоб без криков и слёз, — проворчал он. — Пошли.

Я пошла за ним по коридору в маленькую, редко используемую комнату, которая теперь превратилась скорее во всеобщий склад хлама, чем в смотровую, какой она была когда-то.

— Садись вон туда, к столу, — велел он мне, копаясь в шкафу.

Я села, мысленно готовясь к тому, что он сейчас начнёт вести себя как мудак, сделает всё нарочно грубо или выкинет ещё какую-нибудь херню. Голод снова кольнул изнутри, напоминая, насколько же всё это представление бессмысленно, и я подавила вздох.

Аллен повернулся ко мне, держа в руках набор для швов, антисептик и полотенца. Разложив всё на столе, он переключил лампу на подвижной ножке ближе к нам. Свернув одно из полотенец в плотный валик, он положил его на стол рядом со мной.

— Ладно, Энджел, клади сюда предплечье и устраивайся поудобнее.

— Спасибо, что согласился, — вспомнила я о манерах, устраивая руку на свернутом полотенце. — Мне правда очень не хотелось тащиться в приёмное отделение.

Он развернул ещё одно полотенце и набросил его мне на предплечье.

— Больницы — это отстой, — буркнул он. — Так ты освободишься через пятнадцать минут вместо трёх часов.

— Тебе часто приходилось зашивать людей? — Не то чтобы меня это сильно волновало, ведь я совершенно не боялась, что он что-то запорет. Даже если накосячит, глоток мозгов всё исправит.

Аллен не отрывал сосредоточенного взгляда от раны.

— Я четыре раза ездил с доктором Дюплесси на миссии «Врачей без границ», — сказал он. — Наложил там прилично швов.

Я удивлённо захлопала глазами.

— Серьёзно? Прямо в другие страны? — Едва слова сорвались с губ, я поняла, как глупо они прозвучали.

Но Аллен не разразился той высокомерной усмешкой, которую я от него ожидала.

— Да, — ответил он, вскрывая стерильный набор и доставая инструменты. — В Африку, Гватемалу и дважды в Гаити.

— Никогда об этом не знала, — я слегка нахмурилась. — Почему ты никогда об этом не рассказываешь?

— Разговор как-то не заходил, — ответил он, слегка пожав плечами. Он аккуратно приподнял мою руку и брызнул на неё антисептиком. Я не была уверена, должен ли он щипать, но решила на всякий случай слегка поморщиться.

— Ого. И как, тебе понравилось? — спросила я.

— Я бы не поехал четыре раза, если бы не понравилось, — ответил Аллен. Он закончил очищать порез, после чего заменил полотенце под моей рукой на свежее и сухое. — В октябре я снова еду, но на этот раз без доктора Дюплесси. — Он снял латексные перчатки, которые были на нём, и натянул свежие стерильные из набора для швов.

— Это реально круто, — сказала я, и это было искренне. — А куда именно едешь?