- В течение дня Солнце вытесняет водяной пар из горных пород в атмосферу.

- Какую атмосферу?

- Вы действительно мало что знаете о Меркурии, не так ли? В основном это гелий и водород - всего одна миллиардная земного давления на уровне моря.

- Почему эти газы не выходят из гравитационного колодца?

- Они выходят, - сказал Скоулз. - Но атмосфера пополняется солнечным ветром. Частицы от Солнца улавливаются магнитосферой Меркурия. У Меркурия довольно сильное магнитное поле: у планеты твердое железное ядро, которое...

Она позволила словам Скоулза прокручиваться у нее в голове, не вдумываясь. Воздух от солнечного ветра и снег на южном полюсе...

Возможно, Меркурий оказался более интересным местом, чем она себе представляла.

- В любом случае, - говорил Скоулз, - водяной пар рассеивается по всему освещенному солнцем полушарию планеты. Но на южном полюсе у нас есть этот кратер: Чао Мэн-фу, расположенный на самом полюсе. У Меркурия нет наклона оси - здесь нет времен года - и поэтому поверхность Чао находится в постоянной тени.

- И падает снег.

- И падает снег.

Скоулз остановил ровер и нажал контрольные кнопки на своей панели управления. Послышалось жужжание гидравлики, и она услышала тихий хруст, передавшийся в кабину через конструкцию ровера.

Затем ровер поднялся вверх на фут.

Ровер снова накренился вперед. Движение было гораздо более плавным, чем раньше, и раздался легкий шипящий звук.

- Вы только что опустили эти направляющие, - сказала Ларионова. - Я так и знала. Этот чертов вездеход - это сани, не так ли?

- Импровизировать было достаточно легко, - самодовольно сказал Скоулз. - Всего пара металлических направляющих на гидравлике и верньерные ракеты от разобранного флиттера, чтобы немного подтолкнуть нас...

- Удивительно, что здесь достаточно льда, чтобы выдержать это.

- Ну, этот снег, возможно, казался редким, но он падал постоянно - в течение пяти миллиардов лет... Доктор Ларионова, здесь, в кратере Чао Мэн-фу, целый замерзший океан: льда достаточно, чтобы его можно было обнаружить даже с Земли.

Ларионова повернулась, чтобы выглянуть в иллюминатор в задней части кабины. Задние фонари ровера высветили двойные следы саней, ведущие обратно к вершине горы-стены; лед, обнажившийся на следах, ярко блестел в свете звезд.

Лета, подумала она. Сейчас я катаюсь на лыжах. Катаюсь на лыжах на Меркурии. Что за день. Гора-стена обмелела, плавно слившись с равниной кратера. Скоулз убрал направляющие салазки; на равнине реголитовая пыль придавала льду достаточное сцепление для широких колес ровера. Они быстро преодолели пятьдесят миль до центра равнины.

Ларионова пила кофе и наблюдала за пейзажем через иллюминаторы. Свет короны здесь был серебристым и довольно ярким, как лунный свет. Центральная вершина вырисовывалась над горизонтом, как приближающийся корабль в море пыли. Ледяная поверхность дна Чао, хотя и была испещрена небольшими кратерами и покрыта вездесущей реголитовой пылью, была заметно более гладкой и ровной, чем равнина за пределами кратера.

Вездеход остановился на окраине обширного лагеря команды "Тота", недалеко от подножия центрального пика. Пыль здесь была взметена следами роверов и брызгами выхлопных газов флиттеров, а полупрозрачные укрытия-пузыри представляли собой полусферы желтого, домашнего света, освещающие потемневшую поверхность льда. Там были буровые установки и несколько больших ям, вырытых во льду.

Скоулз помог Ларионовой выбраться на поверхность. - Я отвезу вас в убежище, - сказал он. - Или на флиттер. Может быть, вы хотите освежиться перед...

- Где Диксон?

Скоулз указал на одну из буровых установок. - Когда я уходил, он был вон там.

- Значит, туда мы и направляемся. Пошли.

Фрэнк Диксон был руководителем группы. Он встретил Ларионову на поверхности и пригласил ее в небольшое непрозрачное убежище-пузырь, расположенное у подножия буровой установки.

Скоулз побрел в лагерь в поисках еды.

В убежище была пара стульев, стол для анализа данных и обычный туалет. Диксон был угрюмым, дородным американцем; когда он снял шлем, у основания его широкой шеи виднелась полоса грязи, и Ларионова заметила резкий, едкий запах, исходивший от его защитного скафандра. Диксон, очевидно, пробыл на поверхности долгие часы.

Он вытащил фляжку из кармана скафандра. - Хотите выпить? - спросил он. - Виски?

- Конечно.

Диксон налил в крышку фляжки немного для Ларионовой и сам сделал глоток из маленького горлышка фляжки.

Ларионова выпила; спиртное обожгло ей рот и горло, но сразу же сняло усталость. - Вкусно. Но еще лучше со льдом.

Он улыбнулся. - Лед у нас есть. Вообще-то, мы пробовали; лед Меркурия хорош, такой чистый, какой вам нравится. Мы здесь не умрем от жажды, Ирина.

- Расскажите мне, что вы нашли, Фрэнк.

Диксон присел на край стола, его толстые бедра выпирали из-под брюк защитного скафандра. - Проблема, Ирина. Мы нашли проблему.