Пол со вздохом, эквивалентным волновой функции, смирился с тем, что придется подождать еще немного. Эрвал провела пальцами по блестящим поверхностям корабля. Она уставилась на панели, странные варежки, фигурные кресла и изо всех сил пыталась понять.

Она стояла перед серебристой настенной панелью. Невыразительный прямоугольник, примерно с нее ростом, отражал усталую, неуверенную в себе женщину. Возможно, она просто не была готова к этому. Если бы только Тил был здесь...

...Она протянула правую руку и просунула ее сквозь серебряную панель, как будто это была лужица какой-то жидкости, невозможно стоявшая дыбом; она не почувствовала никакого дискомфорта, только легкое, смутно приятное покалывание...

Сон испарился. Ее руки были надежно прижаты к бокам. Она поднесла правую руку к лицу и потрогала ее, поворачивая снова и снова; на ней не было никаких повреждений, вплоть до отсутствия знакомого участка обмороженной кожи между костяшками пальцев.

Она обнаружила, что дрожит. Видение, как и первое, было таким же реальным, как жизнь. Казалось, что ее хватка за реальное ослабевает. Она закрыла глаза и стояла там, одна в грязной суете корабля, страстно желая оказаться с Дейменом в теплой, темной безопасности своего вигвама.

Она заставила себя открыть глаза и уставилась на серебряную панель. Та мягко сияла в рассеянном свете. Она неохотно вспомнила, каким полезным оказался первый из ее снов наяву, тот, который показал ей, как попасть на корабль. Возможно, этот последний сон будет таким же ценным...

Если бы у нее хватило смелости выяснить это.

Она протянула дрожащую руку. Кончики ее пальцев коснулись блестящей панели, затем без сопротивления скользнули под поверхность. На ее взгляд, пальцы были словно отрезаны лезвием; но она могла чувствовать их в неизвестном пространстве за панелью и пошевелила ими для эксперимента. Она ничего не ощутила; как будто панель была сделана из воздуха или какой-то теплой жидкости.

Она убрала пальцы. Сопротивления не было. Она внимательно осмотрела свою руку, пощипывая кожу, затем с сомнением посмотрела на панель еще раз.

Почти импульсивно она просунула руку прямо сквозь серебро, погрузив ее до запястья. Она не почувствовала ничего, кроме смутного, глубокого тепла; ее вытянутые пальцы ничего не нашли в скрытом пространстве.

Она снова отдернула руку, изучила ее и согнула пальцы. Она чувствовала себя, во всяком случае, здоровее, чем раньше; когда она двигала суставами, ее не беспокоила скованность, которую она иногда испытывала в костяшках пальцев....

На самом деле, она чувствовала себя намного здоровее. И теперь на ней не было никаких следов. Пятно обморожения между костяшками исчезло. Новость о чудесном исцелении быстро распространилась. Вскоре сквозь серебряный занавес стали просовывать руки, предплечья и локти; они вернулись освобожденными от порезов, синяков и участков поврежденной льдом кожи. У Арка было небольшое растяжение лодыжки, и он поднял ногу и комично просунул ступню сквозь серебряный занавес. После этого он расхаживал по залу, ухмыляясь, заявляя, что сустав стал крепче, чем когда-либо.

Один пятилетний ребенок страдал от изнурительной инфекции грудной клетки, и в руках своего отца он выглядел немногим лучше, чем неаккуратный мешок с костями. Наконец отец протолкнул ребенка через перегородку. Слезы текли по его лицу, он держал мальчика так, чтобы его не было видно, несколько мгновений.

Когда он вытащил сына обратно, жители деревни столпились вокруг, ожидая чуда, но мальчик казался таким же худым и бледным, как и раньше. Отец храбро улыбнулся ребенку, который взволнованно рассказывал, как там было темно. Жители деревни отвернулись, качая головами.

Эрвал придерживалась своего мнения и наблюдала за мальчиком.

Сначала улучшение было постепенным, но через несколько дней оно не вызывало сомнений: кашель мальчика прекратился, к щекам вернулся румянец, и, наконец, его вес начал увеличиваться. Все были тронуты этим, и была устроена импровизированная вечеринка, на которой в деревянных стаканах с молоком коровы-мамочки поднимали тосты за выздоровление мальчика.

Эрвал тщательно обдумала инцидент и попыталась понять его значение.