Я даже выдохнула нервно. Теперь понятно, откуда такие замашки у моего мужа. Свекор, похоже, был еще более лютым, чем мой муж.

Он отчего-то назвал меня девичьим именем. Видимо, считал, что я не достойна имени Измайловых. Хотя его тоже можно было понять. Он военный, старой закалки. А жена его единственного сына и наследника ходит в любовницах у цесаревича.

— Вы зря бранитесь, Николай Иванович, — примирительно ответила я, решив все же сдержаться и не накалять обстановку при детях. — Лучше позавтракайте с нами.

— Не сяду я с тобой за один стол. Не достойна. Пришел проверить, что за бесчинство творится в моем доме, и все!

После этой громкой фразы немощный старик развернулся и, тяжело опираясь на трость, вышел прочь.

Уфф. Еще один «неприятель» на мою голову в доме. Конечно, свекор мне не враг, как та же Анна, но и не друг точно. Однако оказался весьма не сдержан на язык, но надо было сделать скидку на его солидный возраст — почти восемьдесят пять лет. Лучше, наверное, держать пока с ним дистанцию.

Конечно, завтрак прошел не так, как я ожидала, но вполне сносно. Общение только с детьми мне тоже было полезно. По крайней мере, я поняла, что надо делать и как поступить. Если за трапезой и при кратком общении я могла сама учить их достойному поведению и этикету, то в остальное время одевать их, обучать наукам и следить за их времяпрепровождением должен был другой человек. И одной няни было недостаточно, нужен был хороший гувернер. Ибо у меня была куча своих дел, и я не могла тратить на близнецов все свое время.

Правда, утреннюю трапезу немного подпортили нравоучения моего свекра, но я решила не обращать на это внимания. Как сказал мне потихоньку Егор после завтрака, старый барин был немного не в себе, и с головой у него не все в порядке. Потому и не сдерживал свой неуживчивый прямолинейный характер.

Сегодня я намеревалась выяснить, как обстоят дела в поместье в финансовом плане, а еще было бы неплохо проехаться по округе и самой посмотреть на земли, принадлежащие Измайловым.

Еще хотела присмотреться к окружающему обществу. Надо было осваиваться в округе и знакомиться с соседями — дворянами. Поскорее вливаться в их круг и начать узнавать информацию о моем муже, и не только от слуг.

Но меня немного терзало одно. Почему Григорий сегодня проигнорировал завтрак в моем обществе и уехал куда-то, и именно с этой Анной? Неужели я вчера ошиблась, и мой муж все еще был под влиянием этой девицы? Вчера, услышав их разговор, мне показалось другое.

Глава 27

Павла Семеновича я встретила на крыльце чуть позже, когда собиралась пройтись по поместью.

— Как покатались, ваше сиятельство? — спросила я сдержанно и не показывая своего недовольства тем, что мое приглашение на завтрак было проигнорировано Баратынским.

Не стоило ссориться из-за этого. Мы выполняли одно дело, к тому же князь относился ко мне вполне хорошо. До этого утра.

— Весьма мило. Погода замечательная.

— Не ожидала от вас, князь, — заявила я. Он удивленно взглянул на меня. — Что вы не захотите составить мне компанию за утренней трапезой.

— Как? — искренне удивился Павел. — Я не знал, что вы ждете меня к завтраку.

— Неужели? Я же послала вам слугу вчера вечером.

— Никого не было. Мне никто и ничего не говорил. Зиночка, прости. Потому я поехал кататься верхом, когда Гриша предложил.

Ясно. Значит, эта злодейка Аннет или обиженный муж не пустили лакея передать князю насчет завтрака. Ладно. Переживу. Найду более преданных мне слуг, которые будут докладывать и исполнять то, что я велю. Вот вроде Егор сегодня вел себя за завтраком почтительно.

— Так вы катались с моим мужем?

— Ну да.

— А Аннет тогда где?

— Не знаю, я ее сегодня не видел. Мы с Григорием в семь утра уехали.

На осмотр усадьбы я пошла одна, опасаясь того, что кто-нибудь поймет, что я здесь ни разу не была. Шла по тропинкам и гравийным дорожкам и делала вид, что все здесь знаю, а сама все запоминала и оценивала цепким взглядом.

Со мной на утреннюю «прогулку» увязалась Шахиня. Она умно бежала справа от меня, не обгоняя и не отставая. В Петербурге борзая жила в моей спальне в Зимнем, хотя, как я поняла со слов Катюши, собак во дворце могли держать только члены царской семьи. Но, видимо, мои близкие отношения с цесаревичем позволяли мне делать это.

В тот день, когда я попала в этот мир, Шахиня отчего-то убежала из спальни и вернулась только под вечер. Так сказала мне Катя. Позже горничная привезла мою любимую борзую ко мне в особняк, когда узнала, что меня отпустили из застенка.

Почти час я гуляла по обширной усадьбе. Заглядывала во все хозяйственные домики, флигели, конюшни и даже псарню. Позже ко мне присоединился Лука, которого я встретила около одной из бань для слуг. Попросила истопника сопровождать меня, а заодно и спрашивала, что, где и почему. Он с охотой отвечал мне, явно довольный, что среди всех слуг я выделяю именно его.