— Полностью с тобой согласен. Реган не подумала об аббревиатуре, когда придумывала название программы. А вот если бы она вынесла это на голосование, я бы предложил что-нибудь вроде ПКПД.

Я молча уставился на него.

— Программа контроля поощрения доноров, — пояснил он.

— А. Так-то лучше.

Я подошёл и принялся собирать осколки бутылки из-под амброзии, бросая их в стоявшую рядом корзину для мусора.

— Так что, чёрт возьми, на самом деле происходит? Вы просто собираетесь лечь и позволить Реган, Лариссе и всем остальным высококровным вытирать о вас ноги? Это совсем не похоже на того Родригеса, которого я знаю.

— Тот Родригес, которого ты знаешь, грандиозно облажался. — Он поднял один из осколков стекла и уставился на него. — У меня был план. Всё пошло к чёрту. Я потерпел неудачу. Я думал, что смогу увести это место от огня. Вместо этого сам разлил масло и поднёс огонь. — Осколок рассекал ему палец, но он, казалось, этого даже не замечал. — Я рискнул. Думал, что сумею переиграть Виктора. Думал, что смогу сохранить людям жизнь. Но такова жизнь, не так ли? Нельзя сохранить руки чистыми и при этом пытаться играть в героя.

— Послушайте, дело не только в вас. Мы все совершали ошибки. — Я осторожно забрал у него осколок стекла и выбросил его, затем достал из кармана носовой платок и протянул ему. — Чтобы остановить кровь.

Он посмотрел на кровь, выступившую на руке, словно только сейчас её заметил, и прижал платок к порезу.

— А ты всё ещё стоишь на ногах.

Я стиснул челюсти.

— Едва.

Он приподнял бровь.

— Правда?

— Как вы думаете, почему я здесь? — тихо спросил я. — Не только ваша жизнь катится к чёрту.

Родригес ответил не сразу. Вместо этого он с трудом поднялся, опираясь на стол, затем тяжело опустился в кресло за ним. Лицо у него позеленело. Я настороженно сел напротив, наполовину ожидая, что он сейчас потеряет сознание.

Он посмотрел на меня. Его глаза, какими бы налитыми кровью они ни были, сосредоточились, внимательно изучая меня.

— Попробую рискнуть и сделать очень смелое предположение. Ты меняешься. — Он подался вперёд. — Скажи мне, Блейк. Когда это происходит, твои глаза становятся красными?

У меня напряглась спина. Хотя я и собирался ему всё рассказать, я не ожидал, что он сам до этого догадается. По крайней мере, так быстро.

— Почему вы так решили?

Он снова не ответил сразу. Лишь долго изучал меня.

Тем самым взглядом, который говорил, что он знает.

Знает.

И не только обо мне.

— Вот же дерьмо, — наконец сказал я.

— Знаешь, в старые добрые времена, — было совершенно ясно, что он говорит это с сарказмом, — существовало два вида драконов. Те, кто родился драконами… — Он сделал паузу, и я поймал себя на том, что задержал дыхание. — ...и те, кого драконами сделали.

У меня пересохло в горле, хотя я уже понимал, к чему он клонит.

— Сделали?

— Кровь, — просто ответил он. — Не та кровь. Или, наоборот, именно та. Всё зависит от того, с какой стороны посмотреть. — Он пожал плечами. — Добавь немного светлой магии крови, и готово.

Я вспомнил кровь Пендрагон. То, как она прожигала меня насквозь, наполняя ощущением силы, заставляя чувствовать себя непобедимым.

Похожим на дракона.

— Для некоторых кровь всадника — это не просто источник силы. Это катализатор. Особенно если связь уже существовала. Что-то внутри тебя хотело измениться.

— Я этого не хотел, — быстро сказал я.

— Но в этом есть и свои преимущества, — многозначительно произнёс Родригес. — Разве нет?

Я сморщил нос.

— Сила?

Он кивнул.

— Если ты сумеешь взять её под контроль, научишься работать вместе с Никсарисом...

На мгновение в его взгляде мелькнула надежда.

На мгновение я и сам позволил себе поверить, что это возможно.

А потом побледнел.

— Кровавая Дева... У меня что, будут драконьи дети?

Родригес моргнул, посмотрел на меня и расхохотался. Нет, не просто рассмеялся. Он буквально завыл от смеха, содрогаясь всем телом.

— Ох, Блейк, — выдавил он сквозь смех. — Только если ты собираешься трахнуть другого дракона.

Я нахмурился. Выбор в этом отношении был, мягко говоря, невелик.

— Нет уж, спасибо.

Родригес вытер глаза, всё ещё посмеиваясь.

— Тогда, думаю, об этом можешь не беспокоиться. — Он покачал головой. — Чёрт. Мне это было нужно. — Он всё ещё улыбался.

— Рад, что смог помочь вам выбраться из экзистенциальной бездны, — пробормотал я. — Потом я кое-что вспомнил. — Подождите. Вы сказали, что существовало два вида драконов...

Улыбка Родригеса стала мрачной.

— Вот именно. Сложи все кусочки вместе.

Часть меня этого совсем не хотела.

Родригес подался вперёд, сцепив руки.

— Блейк, ответ буквально смотрит тебе прямо в лицо.

— Никсарис, Молиндра, остальные...