Блейк снова вскочил на ноги и запрыгнул на кровать рядом со мной, так что вся кровать с балдахином содрогнулась. Я вскрикнула, когда плед соскользнул с меня. Блейк успокаивающе провёл рукой по моим плечам, мягко разминая и поглаживая их, снимая напряжение. Я закрыла глаза и попыталась расслабиться.

— Флоренс ушла. И Никсарис... Ко всему этому, должно быть, непросто привыкнуть, — тихо произнёс он. — Мне любопытно... Ты всё ещё можешь слышать его у себя в голове?

Неохотно я покачала головой.

— Уже нет. Первые несколько дней я ещё улавливала отдельные обрывки, будто подслушивала разговор в соседней комнате.

Я изо всех сил старалась отгородиться от них. Я знала, что больше не должна иметь доступа к мыслям Никсариса. Больше не должна.

Я вздохнула.

— А я ведь только начала привыкать к этому ворчливому старому ублюдку.

— Чувствовать дракона, разговаривать с ним мысленно, летать у него на спине... — Блейк внимательно смотрел на меня. — Должно быть, это невероятно.

— Полагаю, теперь тебе придётся говорить об этом с Флоренс, — обиженно сказала я. — Очень скоро именно она станет в этом экспертом.

— Она сама будет говорить с тобой об этом, — мягко ответил он. — Только представь, скольким вы сможете делиться друг с другом. Ей понадобятся твои помощь и советы. Немногие могут сказать, что разговаривали с драконом, а тем более летали на нём. Она вернётся к тебе, Пендрагон. Ты спасла ей жизнь. Она достаточно умна, чтобы понять: ты всего лишь пыталась её защитить. Дай ей время.

Я кивнула, стараясь показать больше уверенности, чем чувствовала на самом деле.

— А что насчёт Родригеса? — спросил Блейк. — Ты уже...

— Нет, — коротко ответила я. — У него ещё хватило наглости попытаться втиснуть очередное оправдание своим поступкам в одну из лекций по исторической стратегии. Ты можешь в это поверить?

Блейк склонил голову набок.

— Могу ли я поверить, что Родригес после всего случившегося всё ещё остаётся самодовольным придурком? Да. Да, могу.

Я села, закутавшись в плед, словно в шаль, и оставив Блейка совершенно обнажённым.

Он ухмыльнулся.

— А мне ничего не достанется?

— Тебе это не нужно. По тебе не скажешь, что ты замёрз.

Это было правдой: его кожа была тёплой и раскрасневшейся.

— К тому же так ты хорошо выглядишь, — чопорно добавила я.

Он вытянулся ещё свободнее, давая мне возможность лучше его рассмотреть.

— Проблема с Родригесом, — сказала я, решительно не желая снова полностью отвлекаться на красоту Блейка, — в Защите от плетения рабства.

— Защите? — Глаза Блейка оживились. — Точно. Он же был твоим наставником.

— После того, что Реган устроила тем утром... — Я покачала головой. — Похоже, сейчас немного практики было бы очень кстати.

Блейк откашлялся.

— Возможно, тебе не понадобится столько практики, сколько ты думаешь. И... если всё-таки понадобится, я вполне могу стать твоим инструктором.

— Это ещё что должно значить?

— Виша недавно сказала кое-что, что заставило меня задуматься. То, как тебе удалось закрыться от Виктора, когда он пытался проникнуть в твоё сознание... Это было впечатляюще.

— И совершенно неожиданно, — прямо сказала я. — И что именно сказала об этом Виша?

— В общем, примерно то же самое. Она считает, что у тебя не должно было получиться, особенно после всего нескольких занятий с Родригесом. — Он замялся. — Она думает, что здесь замешано что-то ещё.

— Правда? Что именно?

— Я. — Блейк попытался изобразить скромность. — То есть... мы.

Я рассмеялась.

— Что?

— Наша Связь, Пендрагон. Ты что-то получаешь от неё, даже то, о чём сама можешь не догадываться.

— Потому что теперь я позволяю тебе пить мою кровь?

— Не только поэтому, хотя и поэтому тоже. Я ведь ещё поделился с тобой своей кровью.

— Это было всего один раз. К этому времени её действие уже должно было закончиться.

— Возможно. Но это могло оказать долговременное влияние на твою физиологию.

Я сердито посмотрела на него.

— Очень мило с твоей стороны предупредить меня об этом заранее.

Он пожал плечами.

— Ну, я не знал. Не совсем. То... что у нас с тобой... не совсем обычная связь.

— Ну да. Обычно бывают триады. Не напоминай. — Я вдруг подумала о Реган, бывшей третьей в нашей троице. И Высококровные обычно не позволяли сквернорождённым входить в такие исключительные союзы.

— У нас не будет триады, — тихо сказал Блейк. — По крайней мере, если только ты сама этого не захочешь.

Он не отрывал от меня спокойного, вопросительного взгляда. Я удивлённо посмотрела на него, понимая, на что он намекает. Был только один возможный третий, которого я могла бы рассматривать, и Блейк, скорее всего, это знал.

Но Кейдж Танака никогда прямо не говорил, что я ему нравлюсь. Как и я не говорила, что он нравится мне. Мы танцевали, но не заходили дальше. Он был красив, конечно. Силен, да. И ещё раздражающе загадочен, скрытен и упрям.