Только профессор Родригес знал, что произошло на самом деле. И Кейдж. К счастью, глава моего Дома не давил на меня, требуя вернуться в башню Авари, он оставил меня в покое.

Но я знала, что рано или поздно он придёт. Я не могла вечно прятаться в покоях моей матери. Скоро мне придётся вернуться на занятия, если только я не хочу вылететь из Академии Кровавого Крыла. А учитывая возможные последствия, это не было вариантом.

Я наклонилась, чтобы снова взъерошить шерсть Невилла, и флаффин поднял голову, открыл один глаз и посмотрел на меня. Он был моим верным спутником с самого происшествия в Драконьем Дворе.

Если я когда-нибудь напишу детектив об убийстве, я решила, что именно так его и назову:«Происшествие в Драконьем Дворе». Звучит неплохо. В этой книге не будет никаких настоящих драконов, только убийства. Даже убийства были безопаснее драконов.

Я вдруг вздрогнула, когда меня накрыло ощущение. Запах. Свежая рыба, наполняющая мой нос. Полагаю, стоило быть благодарной, что она не наполняла мой рот. Я сморщила нос, но ничего не могла с этим поделать. Мне так и не удалось отгородиться от Никсариса. Не полностью. Однажды он уже пытался со мной связаться. Я проигнорировала его. Сделала вид, что не слышу. С тех пор, после того первого раза, он больше не пытался. Ему и не было нужно. Потому что я всегда ощущала его присутствие, чувствовала его, даже не пытаясь. Даже когда он не пытался со мной говорить, я знала, где он. Знала, когда он летал над островом, когда устраивался на ночь на уступе скал над морем. Иногда я даже могла ощущать его эмоции. Сейчас он был доволен, рыба была вкусной.

Я могла бы просто продолжить жить своей жизнью. Делать вид, будто Никсарис — что-то вроде собаки. Но он не был собакой. Он не был безмозглым зверем. Он был разумен. Я знала, что он не станет ждать вечно. Я упрямо поджала губы. Но ему придётся. Я не собиралась становиться его наездницей. Я не собиралась быть его ни в каком смысле. И уж точно не собиралась летать у него на спине на ужасающей высоте, да ещё без седла и поводьев, за которые можно держаться. Я. Просто. Не. Собиралась.

— Я ведь говорила тебе, что прошлой ночью Медра заходила тебя повидать, — рассеянно пробормотала мать, не отрывая взгляда от своих книг. — Ведь говорила?

— Ты уже третий раз об этом говоришь, — ответила я с лёгким раздражением.

— Правда? — Мать с улыбкой посмотрела в свою книгу, словно почувствовала облегчение. — Хорошо. Я боялась, что забыла. — Она подняла голову, посмотрела на меня и вздохнула.

— Она скучает по тебе, Флоренс. Ты же знаешь, ты…

— Я сейчас пишу эссе. — Я придала своему голосу холодность, которую сама ненавидела. — Мы можем поговорить об этом позже?

Её лицо поникло.

— Конечно.

Снова воцарилось молчание, но теперь оно уже не было уютным. Я вела себя ужасно. Я это знала. И по отношению к матери, и по отношению к Медре. Но я не знала, что ещё делать. Никто не спрашивал меня, хочу ли я, чтобы меня вытащили с порога смерти. Никто не дал мне права выбора. Они провели свой ритуал и связали меня с драконом, даже не задумавшись, что именно это будет означать для меня.

Никсарис теперь летел над островом. Я чувствовала его, почти слышала взмахи его крыльев. Иногда, когда я ночью лежала в постели, знание о том, где он и что делает, не давало мне уснуть, удерживая меня в плену этого существа, которое теперь поселилось у меня в голове — вероятно, навсегда, разделяя со мной моё личное пространство. В конце концов, если я могла чувствовать о нём так много, то что он чувствовал обо мне и моей жизни? Что он мог слышать? Какие запахи чувствовать? Пробовать на вкус? Органы чувств дракона, вероятно, были даже лучше моих.

Я знала, что несправедлива. Даже смешна. Но, лёжа без сна, я могла думать только о том, что всё это произошло из-за Медры. Если бы я не пошла за ней в Драконий Двор, если бы не бросилась вперёд, пытаясь спасти ей жизнь. Что, полагаю, мне вполне удалось.

Если бы она не попыталась спасти меня. Если бы я не встретила её.

Я захлопнула книгу. Всё равно я её почти не читала. Невилл вскочил на лапы и громко гавкнул.

— Хм? — Мать подняла взгляд. — Полагаю, уже становится поздно.

— Я пойду прогуляюсь, — объявила я. — Вернусь примерно через час.

— Но ведь завтра учебный день… — Она не договорила, затем улыбнулась. — Хорошо. Полагаю, я ведь не знаю, во сколько ты ложишься спать, когда находишься в своей комнате в башне Дома Авари, так что не стоит так переживать о том, во сколько ты ложишься здесь. Ты всегда прекрасно умела сама распоряжаться своими делами.

Я глубоко вдохнула, подавляя желание сказать ей, насколько она ошибается.

— Спасибо, мама. Я скоро вернусь.

— Только… — Она прикусила губу. — Будь осторожна, Флоренс. С новой директрисой…

Я кивнула, понимая, что она имеет в виду.

Она собрала свои вещи, вылила чай из чашки, оставила её на кухонной стойке, затем отнесла стопку из трёх книг в свою спальню.