— Возможно, их здесь не было, — прошептала я. — Может быть, они все сбежали. Возможно, им удалось спастись.

Ответом волка стало хриплое рычание.

— Кейдж, — выдохнула я, положив ладонь ему на шею. — Посмотри.

Высоко в небе два дракона сражались на фоне звёзд. Теперь же я увидела, как Инферни уносится прочь от города, дракон двигался медленнее, чем прежде. Он взял курс к открытому морю, ни разу не оглянувшись. Неужели всё действительно закончилось?

— Должно быть, Никсарис прогнал его. — Меня захлестнуло облегчение.

Но Кейдж явно не разделял этого чувства. С рычанием он рванулся вперёд, явно в ярости от мысли, что Блейку может сойти это с рук, и горя желанием отомстить.

— Подожди! — крикнула я, и страх захлестнул меня. Если мы сейчас бросимся в погоню за Блейком, то уже никогда не найдём Виктора. Кейдж, похоже, почувствовал мою панику и в последний момент резко затормозил.

— Кейдж, смотри! — крикнула я, указывая вверх.

Новый силуэт прорезал небо, словно струя крови: второй Инферни.

Но крылья этого были испещрены чёрными прожилками. Мне не нужно было гадать, откуда взялся второй дракон и кто это. Я чувствовала, как от него волнами исходит злоба моего архонта.

— Виктор, — прошептала я.

Я смотрела на почерневшие прожилки. Неужели это было то же самое осквернение, которое поразило высококровных?

Кейдж замер, прижав уши. Вид осквернённого Инферни наполнял меня ужасом. Что бы ни случилось дальше, я знала одно: в Чёрную Крепость я не вернусь. Я больше никогда не лягу под Виктора. Я больше никогда не стану выполнять его приказы в тщетной погоне за властью. Та Реган умерла этой ночью.

— Пожалуйста. За всем этим стоит Виктор. Что бы ни сделал Блейк, виноват на самом деле Виктор. Мы должны остаться. Мы должны помочь остановить это. — Я понизила голос до шёпота. — Я не позволю утащить себя обратно к нему. Лучше умру. — Я запнулась, голос сорвался. — Если мы сможем остановить его, тогда мой брат…

Волк повернул голову, и его янтарные глаза встретились с моими с мягким пониманием. Затем он коснулся мордой моего бедра.

Он сорвался с места.

Мы взбирались по разрушенным террасам, перепрыгивали через обрушившиеся крыши, поднимаясь всё выше и выше, пока я не поняла, куда направляется Кейдж: на Холм Миротворца. Это была самая высокая точка Вейлмара. Он взлетел на вершину холма, когти скребли по траве. Обычно здесь был парк, полный людей. Теперь он был пуст. Зелёные склоны простирались вокруг, нарушаемые лишь мощёными дорожками и ухоженными садами. Казалось, это было одно из немногих мест в городе, которого не коснулись разрушения.

С вершины холма мы наблюдали, как разворачивается новая битва: тёмно-красный дракон Виктора преследовал Никсариса, и в каждом взмахе его крыльев ощущались жестокость и скверна. Сумеречный Дрейк стремительно пронёсся по небесам ему навстречу, широко раскрыв пасть; его пламя пылало так жарко, что казалось белым. Он явно не собирался терпеть всё это дерьмо Виктора. Дракон Флоренс, казалось, был полон решимости уничтожить моего архонта, и я поймала себя на том, что затаила дыхание, молча болея за них.

Потоки огня обрушились на Виктора, словно осада, пламя разбивалось о грудь Инферни, озаряя его алую чешую. Даже отсюда до нас доносились пронзительные вопли Инферни. Я судорожно вдохнула, когда Виктор устремился прямо к горлу Никсариса. На мгновение два дракона сцепились, их тела переплелись, и я решила, что битва окончена, что Никсарис не выдержит этого натиска. Но затем между вспышками огня я увидела блеск арбалетного болта. Маленькая серебристая искра взмыла вверх, вонзившись прямо в грудь Виктора.

— Флоренс!

Моё лицо было мокрым. Подо мной загривок Кейджа встал дыбом в предвкушении. Я глубже запустила пальцы в его мягкую шерсть, ощущая каждую вибрацию в его груди. Наверху Никсарис выдохнул расплавленную стену огня. Пламя накрыло Виктора, цепляясь за чешую и плоть и прогрызая их. Красный дракон заметался, пытаясь сбить пламя, но было видно, что это бесполезно. В середине одного из его крыльев расползалась огромная рваная дыра.

— Падай, ублюдок, — прошептала я, ладони покалывало от прикосновения к шерсти Кейджа. — Гори и падай.

Виктор взревел, и меня пробрала дрожь. Хвост его дракона хлестнул воздух, искалеченное крыло задёргалось и стало съёживаться. Затем, в вихре дыма и тлеющих углей, Инферни начал падать. Он клюнул вниз головой, один раз перевернулся в штопоре, потом второй, а из его ран тянулись языки пламени, словно от осквернённой падающей звезды.

Мои глаза широко распахнулись.

— Кейдж!

Траектория его падения была очевидна: Виктор рухнет у подножия холма, не более чем в сотне шагов ниже нас по склону.

Огромный серебристый волк резко развернулся, его лапы заскользили по рыхлым камням от нетерпения. Мы помчались вниз по склону навстречу падающему дракону.

Глава 37