— Это и есть путь высококровных! — крикнула Квинн. — Наши клыки у ваших глоток!

Вокруг неё небольшая группа высококровных студентов разразилась одобрительными возгласами.

Я нахмурилась.

— Я обращаюсь к тем из вас, кто ещё не решил поддержать Сильвио, Квинн или кого-либо из высококровных, намеренных сохранить всё как есть, — сказала я, когда шум утих. — Я обращаюсь к тем из вас, кто понимает, что это неправильно. Кто всегда это понимал.

Я указала вниз, на сквернорождённую девушку, сидевшую на ступенях и плакавшую.

— Сколько тебе было лет, когда ты это поняла? Сколько тебе было лет, когда ты почувствовала это своими костями?

Девушка медленно поднялась на ноги.

— Семь. Семь лет, когда высококровная женщина выпила кровь моего отца. Она поработила его Кровными Узами, и он ушёл за ней к ней домой. Больше мы его никогда не видели.

Я указала на студента Дома Мортис, прислонившегося к колоннаде. Он был высококровным, но что-то в его лице подсказывало мне, что ему не хотелось здесь находиться.

— А ты? Сколько было тебе?

— Двадцать, — тихо ответил он, но достаточно громко, чтобы все услышали. — Я понял это сегодня ночью. Когда увидел, как Сильвио убил сквернорождённую девушку, пытавшуюся помешать ему забаррикадировать эти двери.

— Кажется, что эта борьба безнадёжна, правда? — спросила я.

Он кивнул.

— Безнадёжна.

— И всё же по всей Санграте, я уверена, происходит одно и то же. Тысячи и тысячи людей ведут свои собственные маленькие восстания.

Я подумала о Реган, оказавшейся под властью Виктора и, что ещё хуже, делившей с ним постель. И всё же что-то внутри неё поднималось, медленно, но неотвратимо. Я вспомнила, как она ушла в город вместе с Кейджем, как спасла Флоренс и Невилла, как помешала своим Кровавым Стражам пить кровь Дани.

— Среди них есть и сквернорождённые, и высококровные. Возможно, мы их не знаем. Но мы и есть они. Мы едины.

Я глубоко вдохнула.

— Эта чума, эта болезнь ужасает. Она расползается по всей Санграте. Она угрожает всем нам. Но она вывела на свет одну истину, которую каждый из нас всегда знал. Санграта ранена. Санграта сломлена. И если понадобилась болезнь, чтобы показать нам, что все мы стоим во тьме, пусть будет так. Пусть эта болезнь объединит нас в одно целое.

— Да что, мать твою, это вообще должно означать? — презрительно фыркнул Сильвио.

Я наклонилась ближе к перилам.

— Это означает, что Академия Кровавого Крыла — поле битвы. Это наша школа. И именно здесь мы займём свою позицию. Орфос или Авари, Дракхарроу или Мортис. Каждый, кто готов выступить против тирании, может присоединиться к нам.

И пока Сильвио стоял, ошеломлённый моими словами, я сорвалась с места.

Быстрее, чем двигалась когда-либо в жизни. Быстрее лесного пожара. Быстрее молнии. Так быстро, как способен двигаться высококровный. Я двигалась с силой крови Блейка.

Ещё мгновение назад я стояла у перил.

В следующее уже была рядом с Сильвио, прижав нож к его горлу.

— Ты откроешь двери, — сказала я ему на ухо, и лезвие моего кинжала коснулось его кожи.

Наверху, на галерее, всё оружие в руках моей разношёрстной компании одновременно поднялось.

Лисандер шагнул вперёд:

— Остальные сложат оружие. — Он взглянул на Вишу и Иви, и я увидела, как они кивнули. — С этой ночи все границы между Домами высококровных упраздняются. Любой студент Дома Мортис, который пожелает перейти в любой из наших трёх Домов, может сделать это, и его примут.

Виша встала рядом с ним:

— Точно так же любой студент любого Дома, который верит в превосходство высококровных, который считает, что в стенах нашей школы студентов можно осушать, который считает, что жизни сквернорождённых не столь же священны, как наши собственные, больше не желанен в Доме Дракхарроу.

— Или в Доме Авари, — громко добавила Иви.

— Или в Доме Орфос, — подхватил Лисандер.

— Слышала, сучка? — крикнула Виша Квинн. Она махнула рукой в сторону группы вокруг Квинн. — Все вы. Вон. Забирайте своё барахло и валите в Дом Мортис. Вы больше не состоите в Доме Дракхарроу.

— Вы не можете так поступить, — прошипела Квинн. — Наши родители...

— Ими займутся позже, — тихо сказал Лисандер.

— Так начинается революция, — произнёс Родригес, становясь рядом с ними. — Если вы хотите продолжить обучение здесь в эти... весьма своеобразные революционные времена, мисс Райли, советую вам встать в строй. — Он указал на двери. — В противном случае дверь наружу скоро будет открыта. Можете смело отправляться в город. Насколько я понимаю, сегодня вечером там немного жарковато. Советую одеться по погоде.

— Мы не хотим проливать в этих стенах ещё больше крови, — заявила я.

Я убрала кинжал и с силой толкнула Сильвио.

Он пошатнулся, отступил от меня, потирая шею и скрежеща зубами.